Сидит девица в темнице,
а коса на улице.
(Apecтованная Смерть)

Ножки Буша - нельзя скушать.
(Мораторий на ввоз куриных
окорочков из США)

Что такое: ходит по стене и играет?
(Таракан с барабаном)

Сквозь потолок мужик бабу проволок.
(Спасатели МЧС)

Один глаз, один рог,
но не одноглазый носорог.
(Козел из-за угла выглядывает)

Источник: Молодой Дальневосточник

Садясь в трамвай, проверьте, хорошо ли укреплена дверь кабины водителя, могут ли в нее проникнуть посторонние. Выбирайте трамвайные маршруты, проходящие вдали от украинских границ.

Если регулярно привязывать к себе на ночь гири, то вас ни смерч не унесет, ни цунами не смоет. Если гирь в доме не нашлось, их заменят бабушкин старый утюг или дедушкины слесарные тиски.

Находясь в зоне межнационального конфликта, старайтесь держаться стороны, наименее опасной при оказании гуманитарной помощи. Надетая на голову каска защитит вас от шальной банки сгущенки.

Старайтесь не ездить в одном лифте с незнакомыми приверженцами ваххабизма, ирландского экстремизма и баскского сепаратизма.

На случай непредвиденной встречи с террористами всегда имейте при себе миллион долларов и вертолет.

И главное: не поддавайтесь панике в людном месте. Это лучше делать в специально отведенных местах, вдали от посторонних глаз. Помните, паника - процесс глубоко интимный!

Источник: Молодой Дальневосточник

Корреспондент газеты «Молодой дальневосточник» обнаружил под своей машиной зенитно-ракетный комплекс «Игла»

Милый подарок ко Дню святого Валентина оставил мне неизвестный доброжелатель. По всей видимости, автору необычного презента показалось, что моя «Хонда» просто нуждается в подобном защитном механизме.

«Аскот» простоял на платной автостоянке более двух с половиной месяцев. И за это время автомобиль занесло снегом.

В субботу около пяти часов вечера я нашел необходимые запчасти и отправился реанимировать свой автомобиль, заодно и заплатить за охрану. Поковырявшись под капотом, завел двигатель. Лампочка давления масла не гасла. Проверив уровень, понял - необходимо долить. Канистра находилась в багажнике. Вот именно во время попытки открыть багажник я и увидел торчащий из-под снега кусочек тубуса оружия. Слегка отряхнув снег, убедился - лежащий предмет вполне может представлять опасность.

Охранник стоянки развел руками, мол, машина стоит давно, вот кто-то и скинул под нее. Под снег спрятал.

Однако разве принятому в 1981 году на вооружение Советской армией переносному ЗРК место под моей машиной? В общем, выяснять интригующие моменты в канун праздника всех влюбленных не было никакого желания. Набрал 02. Объяснил ситуацию. Приехавшая группа милиционеров по радиостанции подтвердила диспетчеру правдивость моего заявления. Вызвали саперов ОМОНа. На время ожидания периметр был оцеплен. Специалисты, откопав «Иглу», пояснили, что ЗРК - бывший в употреблении. Не представляет опасности. Из него стрелять можно только один раз, и кто-то уже это сделал. Успокаивающий фактор. В общем, осмотрели, опросили, игрушку увезли, пожелали спокойной жизни.

Теперь представьте состояние своей души, если бы вы обнаружили под машиной подобный добрячок? Под снегом же не видно - стреляли из него или нет. Может, спусковой механизм привязан к днищу… А там бак с бензином. Вы трогаетесь, проволока натягивается и… Фейерверк по полной программе. Спи спокойно, дорогой товарищ.

Но я надеюсь, что это просто совпадение. Кому-то надоело у себя в машине созерцать зенитно-ракетный комплекс. Вернее, тубус от него. И детки уже наигрались, и все соседи боятся. В жизни нужно менять игрушки. Иногда. Старые на новые. Старые выкидывать.

Вот и выбросили мне под машину. Ой, спасибо!

Юрий Сизов

Источник: Молодой Дальневосточник

Прием документов на новую очередь МЖК начался с драки.

Холодный понедельник 17 февраля ознаменовался шумной потасовкой в холле здания по улице Гоголя, 21, где находится комитет по молодежной политике правительства Хабаровского края. Несколько десятков молодых людей, пихаясь и тыча друг друга в бок, рвались попасть в список третьей очереди МЖК. По старой, наверное, уже генетической привычке, казалось, крепче нажмешь, сильнее протолкнешься - и получишь свое.

А ведь всего несколько недель назад на этом самом месте, только этажом ниже, так же бушевали страсти. Перед кабинетом бывшего (сам себя он таковым не числит) председателя регионального союза МЖК Валерия Дубины стояли дольщики - жертвы неудавшегося эксперимента по перестройке казарм базы КАФ. Уже много месяцев они оттаптывают линолеум в надежде поймать неуловимого Валерия Борисовича. Дела четырех домов регионального МЖК плачевны - куча долгов и неразбериха в документах.

Кабинет опечатали, председателя переизбрали, а Дубина подал за это на строптивых дольщиков в суд. Первое заседание состоялось 12 февраля. Все предыдущие дни МЖКовцев обрабатывали, предлагая выступить на суде и подтвердить, что кворума не было, следовательно, собрание, переизбравшее председателя, нелигитимное. Новое слушание перенесено почти на месяц. А пока от адвоката Валерия Дубины поступил новый иск - отстранить нового председателя Тамару Тупикову от работы до следующего суда.

Дольщикам четырех домов на базе КАФ повезло меньше, чем нынешним МЖКовцам, которых курирует комитет по молодежной политике. Два дома на улице Фабричной уже построены и благополучно заселены. На очереди - здание в переулке Дзержинского.

Страсти по этим квадратам не утихают уже несколько месяцев. Ведь даже стенд, на котором подробно описываются правила вступления в МЖК, не раз приходилось обновлять. Так «горячо» обращались с ним толпы желающих. И это притом, что здание нового дома, извините, не безразмерное. От 165 до 200 квартир - расплывчатая цифра, которую назвал на недавнем заседании краевой комиссии зампредседателя правительства края по социальным вопросам Сергей Чиханацкий. Кроме того, будут учитываться 230 заявлений от семей, не попавших в первую и вторую очереди МЖК и до сих пор ожидающих квартиры.

МЖК - это звучит заманчиво. Как легкое и веселое словечко «халява». Вместе с тем существует ряд строжайших условий для вступления в ряды дольщиков. Кроме возраста супругов (хотя бы одному должно быть меньше тридцати), здесь учитывается еще и СПОСОБНОСТЬ молодой семьи ежемесячно выплачивать по 9 тысяч рублей в течение пяти лет. Это - помимо первоначального взноса (25% от общей стоимости - порядка 120 - 130 тысяч рублей), без которого вы предварительного договора даже не увидите.

Малейшая задолженность ведет к лишению права на квартиру, потому что сразу нескольких министерств - финансов, строительства, молодежной политики, имущественных отношений - осуществляют строгий учет всех денежных средств.

Это - по-божески. Поскольку есть надежда не завязнуть в бесконечных заседаниях и попытках вернуть собственные деньги, улетучившиеся неизвестно куда. Но не так радужно и лучезарно для тех, кто видит в МЖК легко доступное жилье. Оказывается, достаточно разметать очередь силой, размахивая номерком, нацарапанным на ладони, разжалобить комитет зрелищем своих замотанных детишек, вот, мол, как тяжко живем, пустите в МЖК!

Это - не подарок к Рождеству. Помощь подразумевается обоюдная и хорошо осознанная. Платить все равно придется. Исключая железный процент льготников из сирот, инвалидов и ветеранов Чечни. Они - вне очереди.

Марина Литвинова

Источник: Молодой Дальневосточник

Театр, как известно, начинается с вешалки. А все театры, вместе взятые, плюс филармония, библиотеки, оркестры и художественные коллективы? С чего они начинаются? Наверное, с министра, который всем этим руководит. И если он делает это грамотно и заинтересованно, то разговоры о смерти культуры, которые так популярны сегодня среди творческой интеллигенции, на самом деле немного преувеличены.

Наш собеседник - министр культуры Хабаровского края Валерий Викентьевич Журомский - музыкант по образованию, заслуженный работник культуры России. Закончил музучилище, работал преподавателем в музыкальной школе, был худруком-баянистом в Артеке. В Хабаровск приехал вместе с женой после окончания Санкт-Петербургской академии культуры. Тогда она называлась Ленинградский институт культуры им. Крупской.

Семья Журомских стояла у истоков основания Хабаровского института искусств и культуры. Валерий Викентьевич был деканом, завкафедрой оркестрового дирижирования. В 1980 году перешел работать в управление культуры и работает там уже двадцать три года. Двадцать лет был первым замом по культуре, а когда Александр Николаевич Бочарников, бывший председатель комитета, ушел на пенсию, заменил его на этом посту. После создания министерств стал первым министром культуры края.

«КОГДА Я ШЕЛ УЧИТЬСЯ В МУЗУЧИЛИЩЕ,
МЕНЯ ПРОВОЖАЛИ КАК В КОСМОНАВТЫ!»

- Валерий Викентьевич, у вас такое интересное отчество - откуда?

- Я родился на Украине, в городе Житомире. Отец был поляк, а мама - украинка. Всю жизнь отца называли Виктором, а настоящее его имя было Викентий. Но время было военное, опасное, вот отец от греха подальше и переименовался. Так часто делали на Украине. Даже на могиле написали «Виктор Журомский». И, что интересно, я тоже долго был Викторовичем. Первые выпускники института культуры, с которыми я работал, называли меня Валерий Викторович. Но когда я пришел в управление, пришлось называться строго по паспорту. Так я стал Викентьевичем, а вместе со мной и мой родной брат - Владимир Журомский, профессор в институте культуры.

- Говорят, что, несмотря на высокий пост, вы можете на каком-нибудь культурном мероприятии взять в руки баян и сыграть что-нибудь?

- Это моя профессия. Всю жизнь, где бы я ни работал, я - с баяном. Во времена моего детства быть баянистом было очень престижно. Когда я поступал в музучилище, меня провожали на занятия как в космонавты! В Ленинграде я учился у знаменитого композитора Альбина Леонидовича Репникова. Есть очень известное произведение - «Каприччио Репникова», которое играют все без исключения баянисты. Так вот, как-то в колледже искусств в классе Никиточкина Виктора Арсентьевича, нашего заведующего народным отделением, я спросил у ребят, что они знают о Репникове? Потом я принес и показал им ноты Репникова с дарственной надписью.

- Валерий Викентьевич, это правда, что когда вы были первым замом по культуре, то перевидали почти всех наших метров советского кино и театра?

- Действительно, восьмидесятые годы были очень значимыми для Хабаровского края в плане культуры. Представьте себе, что здесь побывали все ведущие коллективы страны - МХАТ, Большой театр, Вахтанговский, театр им. Комиссаржевской, Моссовет, Театр Ленинского комсомола, Советской Армии! Ну а проводить гастроли полагалось мне как первому заместителю по культуре.

То были годы ухудшения отношений с Китаем, поэтому наши гости посещали Казакевичево. На пляж подходили пять-шесть военных катеров типа «Аист», и к пограничникам отправлялся такой культурный десант. Помню, приезжал сюда театр им. Вахтангова, и вся элита, начиная от Михаила Ульянова, садилась на катер и ехала на границу. Мы показывали им Китай. Иннокентию Смоктуновскому подарили как-то тельняшку с бескозыркой. Потом я встречался с ним в Москве, и он вспоминал об этом подарке, как об одном из самых дорогих.

Мы проводили большие фестивали «Товарищ Кино». Здесь были Крючков, Матвеев, Рыбников, Леонов, Озеров. Сегодня это история! И я горжусь тем, что прикоснулся к ней.

К сожалению, сегодня время изменилось. Вот приезжает к нам, к примеру, театр МХАТ. Но это всего лишь означает, что едут одна-две так называемые «звезды». Ни декораций, ни труппы. Приезжает небольшая группа, которая показывает маленький, мобильный спектакль. При всем уважении к московским артистам, у зрителя уже нет такого отношения к театру, какое было раньше.

А наша, краевая, гастрольная деятельность? Ведь раньше гастроли были плановыми. Каждый год, регулярно, все театры выезжали с гастролями. К примеру, в 1987 году театр музыкальной комедии проводил такие гастроли: Хабаровск - Москва - Ленинград - Даугавпилс - Таллин - Рига. Четыре столицы за летний период! Мы везли туда декорации, наш транспорт, всех артистов…

- Получается, что нам, сегодняшним любителям искусства, просто не повезло? Опоздали родиться?

- Да, действительно, с гастролями «звезд» все достаточно сложно. Многие ведущие актеры создали свои театры, свои труппы, и цена их приезда, поверьте, абсолютно неподъемная. Но мы пытаемся возрождать эту традицию своими силами. Прежде всего проведением фестивалей.

В прошлом году проходил фестиваль народной музыки, где присутствовали Терем-квартет из Санкт-Петербурга, оркестр Будашкина из Читы. В этом году готовится фестиваль классической музыки.

Мы начали восстанавливать гастрольную деятельность. Помогает правительство, поддерживает дума. Сегодня проводится 800 концертов по линии филармонии в районах и городах края. Это хорошая цифра.

Очень сильно внедрение культуры зависит от главы региона. Расскажу вам случай с Войцеховским Владимиром Сергеевичем, главой администрации Николаевского района. Он поставил задачу - каждый год организовывать гастроли наших театров. Там уже побывали музкомедия, театр драмы, ТЮЗ. Делаем это мы на паритетах - гостиницу оплачивает район, декорации - мы, и так далее. Заинтересованность идет с обеих сторон. Потому что сегодня у нас нет таких денег, чтобы полностью оплачивать все.

И еще у нас сложились хорошие отношения со странами Тихоокеанского региона. Есть договор по культуре с Хейлунцзянской провинцией. Причем интересно, что там замначальника - мой одногодок. И в культуре тоже лет двадцать. Понимаем друг друга лучше, чем кто бы то ни было!

Особые у нас отношения с Японией. В прошлом году краеведческий музей подготовил выставку «Русская деревня» в Ниигате. Там постоянно летом работают наши профессиональные коллективы - «Золотые купола», ансамбль «Дальний Восток». А 2003 год вообще объявлен годом Японии в России. У нас уже есть культурная программа, которая разработана совместно с консульством. Так что год будет очень интересным для хабаровчан.

«МЫ - ЦЕНТР КУЛЬТУРЫ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА»

- Валерий Викентьевич, среди жителей Дальнего Востока, особенно людей творческих, бытует такое выражение: «Что не Москва, то провинция». Чтобы окунуться в культуру, надо ехать в столицу. Каково ваше мнение?

- Провинция для культуры - это не географическое понятие. Вы обратили внимание, что последний кинофестиваль проводился в Ханты-Мансийске, а не в Москве? Провинция - это дело относительное. В нашем крае культура не стоит на месте. К 62-й годовщине края сдан цирк, к 63-й - краевая филармония. Об уникальном здании филармонии много писали, в частности, и в вашей газете. Чего там только нет! Один орган - произведение искусства. Да вы его наверняка видели.

Действительно, находимся мы далеко, тяжело ездить, трудно получать кадры из Москвы и Санкт-Петербурга. Но мы готовим свои кадры. Денис Желтоухов и целая группа, которая закончила институт культуры, спецнабор, сегодня - артисты в музкомедии. Театр «Триада» - наши выпускники. В этом году заканчивает институт культуры большая группа молодежи для краевого театра драмы, тоже спецнабор.

А что касается наших «звездочек», таких как Саша Кузнецов, Арсений Аристов, Даша Новикова, их все знают, причем далеко за пределами края и даже страны. Это - те ребята, которые подготовлены у нас в крае и занимают первые места не только на российских конкурсах и фестивалях. А совсем недавно мне было очень приятно узнать, что солистка краевой филармонии Вероника Касьянова вернулась из Италии, где получила Гран-при и звание «Лучший голос Италии».

Или возьмите нашего маэстро Виктора Зигфридовича Тица. У него сегодня есть своя аудитория. Это ведь замечательно, что уже с Соборной площади начинают просить билетики «на Тица». Поэтому я считаю, что мы - центр культуры Дальнего Востока.

- Бедность наших работников культуры стала притчей во языцех. Как живется простым библиотекарям и нашим любимым и знаменитым - Касьяновой и Тицу?

- Безусловно, тарифная сетка, по которой происходит оплата, весьма несовершенна. А зарплата работников культуры в Хабаровске даже ниже, чем по краю. Это печально. Ну представьте себе, что библиотекарь получает две с лишним тысячи. О чем тут говорить? Правда, со второй половины этого года тарифная сетка будет отменена, но изменит ли это положение к лучшему, неизвестно. Потому и уезжают из России талантливые деятели культуры. Обратите внимание, в симфонических оркестрах за рубежом, к сожалению, много наших выпускников. Даже в нашем симфоническом оркестре - та же проблема. Едут в Южную Корею укреплять свое материальное положение. Ведь, согласитесь, если сравнить то, что платим мы, и то, что платят они - разница большая. И не в нашу пользу.

Что мы делаем для улучшения ситуации? Во-первых, все без исключения работники культуры имеют до 30% доплаты за стаж. У нас есть губернаторские стипендии. Они небольшие, но охватывают все краевые организации. Еще у нас есть то, чего нет в других регионах - пожизненные стипендии. Их получают пятьдесят человек из тех, кто внес значительный вклад в развитие культуры. Ну и, конечно, договоры. Мы подписываем с коллективами договоры, по которым они получают от выступлений 30%. Поэтому тут действует закон рыночной экономики: больше поработаешь - больше получишь.

- Когда уезжают из Хабаровска сложившиеся музыканты или художники, это печально. А вот когда в Москву или Санкт-Петербург рвутся талантливые дети, что делать в таком случае? Говорят, что даже президентская программа существует, направленная на то, чтобы удержать «звездочек» на родине, потому что талантливые дети - самое главное достояние сегодня.

- Прежде всего, подумайте, как появляются такие дети. В первую очередь - это заслуга педагога. Найти талантливого малыша, направить его по правильному пути. У Саши Кузнецова была Людмила Ивановна Шутова, у Арсения Аристова - Елена Храбовская. Первичное образование очень много значит. Но, получив образование начальное, все равно его надо развивать в культурном центре. Разве можно по культурной значимости сравнить Хабаровск с Москвой или Санкт-Петербургом? Поэтому, если этот ребенок талантлив, естественное желание родителей и педагогов - дать ему наилучшее образование.

А наша задача - после того как его вырастили здесь и дали возможность взлететь там, вернуть обратно, в край. Скажу честно, иногда получается, а иногда нет. Но мы стараемся.

«НА НОВЫЙ ГОД В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ СМОТРЮ «ИРОНИЮ СУДЬБЫ»

- Валерий Викентьевич, а как выживают театры в наше рыночное время? Как удалось не скатиться в действо наподобие «Окон», не поддаться искушению потчевать зрителя «клубничкой»? Ведь этим легче всего привлечь в театр.

- Вы знаете, в советское время было много запрещенного. Естественно, никакая «клубничка» не допускалась и близко. Но были и такие спектакли, которые скрывали в себе массу вопросов, серьезных проблем. Сказать: «В СССР ничего подобного нет» - означало просто закрыть глаза. Поэтому победой любого творческого лидера считалось поставить то, что запрещено. У нас в ТЮЗе шел, к примеру, спектакль «Дорогая Елена Сергеевна» Петрушевской - о взаимоотношениях учительницы и ее учеников.

Затем появился лозунг «Все, что не запрещено, то разрешено». Можно было ставить все, что хочешь. На первом этапе зритель воспринимал всю эту чернуху нормально, а потом все разочаровались. Надоело видеть одну и ту же черноту в жизни и на сцене. Поэтому был период, когда театры посещались слабо. А вот в оперетту ходили всегда. Потому что этот жанр позволял зрителю абстрагироваться от сложной ситуации. Сегодня можно сказать - мы пережили этот тяжелый период - театры ставят классику. А вот в кино и на телевидении волна всяких «Окон» и «Бригад», к сожалению, только поднимается. Хотя, когда хочется испытать настоящие чувства, мы смотрим ту же рязановскую «Иронию судьбы» или «Семнадцать мгновений весны».

- Валерий Викентьевич, расскажите о вашей семье.

- Моя жена Татьяна Валентиновна работает на кафедре библиографии и библиотековедения с 1969 года. У нее всего одна запись в трудовой книжке - от первого дня работы: «Хабаровский государственный институт искусств и культуры». Дочь тоже закончила библиотечный факультет, зять - юрист. А внук занимается в лицее «Ступени» в 10 классе. Интересуется шахматами, был чемпионом края. Немного играет на баяне, занимается у Виктора Арсентьевича Никиточкина.

- Не собирается идти дальше по вашим стопам?

- К сожалению, сегодня быть работником культуры непрестижно. Бывают случаи, когда выпускники, прекрасно владея баяном, идут в бизнес или в юристы. Поэтому я считаю, что сверхзадача нашего министерства - вернуть культуре этот престиж.

- И последний вопрос. Работать в культуре, руководить культурой - такое сложное дело. Как вам это удается?

- Я считаю, что руководить не надо. Надо помогать. Иногда чуточку подтолкнешь, и само пойдет. Иногда - множество препятствий. А мой девиз все эти годы был такой: «Можешь - помоги, не можешь - не мешай». Вот у меня даже под стеклом на столе лежит, видите? Так я и поступаю. Помогаю и стараюсь не мешать.

Подготовила
Марина Литвинова

Источник: Молодой Дальневосточник