(Roger SWEEN)
(1540 — 1594)
Знаменитый пират

О детстве и юности замечательного пирата Роджера Свина доподлинно ничего не известно, но мы ведь вполне можем предположить, что он родился, скажем, в 1540 году, скажем, в Шиттауне, в семье, ну, например, городского палача и прачки-алкоголички. Это было бы логично.

Видимо, в раннем детстве мальчуган впервые услышал выражение «Тысяча чертей!», которых якобы наяву видела его мать.

Роджер был веселым ребенком. И очень худым - буквально череп да кости!

Роджер рано покинул родительский дом. Прослышав, что пиратскому кораблю «Бритни Спирс» срочно требуются головорезы, он поступил на него юнгой.

Пиратам первого года службы приходилось несладко. Их заставляли чистить пушки и ружья зубной щеткой, бегать на проходящие суда за ромом, а на ночь рассказывать старым пиратам сказки. Несмотря на это, Роджер быстро овладел всем, что составляет искусство настоящего пирата - прекрасно грабил и убивал, великолепно пил и плясал, виртуозно ругался, искусно висел на реях, чем заслужил авторитет среди таких же, как он, негодяев.

Капитаном на «Бритни Спирс» вот уже двадцать лет был старый морской волк Трясорукий Пью. Но однажды Пью на палубу вышел, а палубы нет. В глазах у него помутилось… Так перестало биться сердце капитана, который скончался от апоплексического удара саблей по голове, и так Роджер Свин возглавил корабль. Это понравилось не всем членам команды, и вскоре на судне вспыхнул бунт, но Роджер легко усмирил его, рассказав пару похабных анекдотов.

В дальнейшем он стал гораздо более свирепым и жестоким, установил на корабле жесткую дисциплину - назначил секретаря пиратской организации, заставил его проводить раз в месяц пиратские собрания и собирать пиратские взносы. Но в первую очередь Роджер, конечно же, проявлял строгость к врагам и пленникам. Так, перед тем, как выбросить пленников за борт, он заставлял их мыть палубу, драить медные ручки и красить что нужно. А если среди пленников попадались женщины, он безжалостно оставлял их на своем корабле.

Поначалу Роджер грабил только суда под испанским флагом. Осторожные испанцы перестали поднимать флаг. Тогда пиратам пришлось грабить все корабли подряд.

Королева Елизавета I всячески поощряла английских пиратов. Мало того, она сама несколько раз (разумеется, инкогнито) участвовала в разбоях, абордажах, грабежах и изнасилованиях вблизи побережья Испании и Южной Америки.

Вскоре у Свина было уже достаточное количество сокровищ, чтобы где-нибудь их спрятать.

Однако свой первый клад знаменитый пират закопал, по неопытности, на айсберге, дрейфовавшем к экватору.

В дальнейшем Роджер Свин поступал более осмотрительно - он закапывал свои сокровища на одном и том же, как ему казалось, необитаемом острове. При этом, чтобы не оставлять свидетелей на месте закопанного клада, он всякий раз столь щедро угощал свою команду ромом, что наутро никто ничего не помнил.

Но это было много позднее, а пока наш герой остался совсем без средств. Однако находчивый пират не пал духом. Он удачно продал себя в рабство туркам. Положив деньги в банк по срочному вкладу, вскоре выкупил себя, а на оставшиеся деньги купил себе новый корабль, набрал новую команду и вновь отправился грабить суда.

Тогда же Роджер Свин женился на некоей Горбатой Сью, о которой известно лишь то, что она была дочерью Однорукого Шью.

Дела у Свина снова пошли в гору, и вскоре он командовал уже не одним кораблем. Бывшая испанская шхуна «Бесстыжая Лиззи», бывшее китобойное судно «Академик Ньютон», фрегат «Драматург Шекспир», а также флагманский корабль «Веселый клоун» составляли его флотилию, которая держала в страхе всех моряков Европы.

Довольная успехами отважного флотоводца, королева Елизавета трижды предлагала Роджеру просить все, что он только пожелает, и все три раза оставалась очень довольна.

В 1585 году монархиня произвела морского разбойника в рыцари, как говорилось в высочайшем Указе - «За выдающиеся успехи в грабежах и в связи с 35-летием».

Имя сэра Роджера Свина наводило ужас на всех и даже порой на него самого. То же самое можно сказать и о его внешности (по одним сведениям, у него не было левой ноги, по другим - правой, по третьим - он был совершенно безногий). Кто-то утверждает, что свою правую ногу Свин обменял на золото у людоедов Таити, кто-то говорит, что руку.

Единственное, что нам доподлинно известно, - правый глаз ему нечаянно выклевал любимый попугай, который постоянно сидел у Роджера на плече и капал ему на спину.

* * *

В 1590 году Роджер Свин захватил Канарские острова и безжалостно там отдохнул.

Взбешенный король Испании Филипп № II отправил весь свой королевский флот на поимку дерзкого пирата.

Чтобы ускользнуть от Непобедимой Армады и сбить с толку испанцев, Роджеру Свину пришлось четыре раза обогнуть Земной шар.

Вскоре, спустя три года, команда начала роптать.

Когда пираты окончательно взбунтовались, правая рука Свина, Сильвестр Пук, предал его и высадил своего капитана на первом попавшемся острове. По счастливой случайности этим островом оказалась Великобритания. Во все концы Земли поплыли с острова бутылки с посланиями Роджера, в которых пират посылал всех куда подальше.

Королева Елизавета отказалась принять бывшего героя, ведь он не привез ей никаких сокровищ. К тому же, незадолго до этого между Испанией и Великобританией был заключен договор о сокращении межконтинентальных кораблей и кораблей средней дальности. Напряженность в мире значительно ослабла, и нужда в бесстрашных героях отпала…

* * *

Роджер Свин тихо скончался в 1594 году в своем небольшом камзоле, на Трафальгарской площади, под пристальным наблюдением палача, в окружении родных, близких, а также огромной толпы абсолютно незнакомых людей. Говорят, что непосредственно перед казнью Роджер Свин ограбил палача…

Так что, дорогие ребята, не верьте, если родители говорят вам, что надо хорошо кушать, чтобы стать настоящим пиратом. (Примеч. ред.)

Источник: Молодой Дальневосточник

Найдут ли коренные народы свою тропинку в светлое капиталистическое будущее?

Танге-тес! Танге-тес!..
Целый день одно и тоже.
Танге-тес! Танге-тес!
Колотушка бьет по коже.
Здесь, на солнечном Амуре,
Меж проток, полей и гор,
На поделки рыбьи шкуры
Мы пускаем с давних пор.
Пусть теперь иные ткани
И иные времена,
Я нанаец, нани, нани -
рыбья кожа нам нужна.
(Из стихов Константина Бельды)

В Хабаровском крае живут представители всех коренных малочисленных народов России, но восемь из них - нанайцы, ульчи, удэгейцы, орочи, эвены, эвенки, негидальцы, нивхи - признаны именно хабаровскими коренными. И так уж исторически сложилось, что судьба их навечно связана с огромной страной: сначала Российской империей, потом СССР, а ныне - вставшей на путь капитализма Россией.

Они - полноправные россияне. Но при этом они особенные. Получив блага цивилизации, коренные народы продолжают сохранять связь с природой. Их по-прежнему кормит тайга. Но с каждым годом запасы кормилицы скудеют.

В советское время у коренных народов были социальные и экономические гарантии - от государства. Не имело большого значения, много или мало рыбы и соболей добыли аборигены - жизненный уровень поддерживался стабильно. И советские пропагандисты не уставали повторять: в Америке индейцев загнали в резервации, а наши коренные народы такие счастливые - дальше некуда! Живут не в чумах-ярангах-вигвамах, а в благоустроенных домах, телефон-электричество есть, дома культуры.

Никто, правда, в то время этих индейских резерваций в глаза не видел.

Наступили новые времена, представители российских коренных малочисленных народов Севера (КМНС) в Америке побывали и увидели своими глазами, как тамошние индейцы живут. Нам бы такие “резервации”. А главное - узнали, что в этой суперкапиталистической стране, где, по идее, “человек человеку волк” (а у нас, соответственно, наоборот) и единственный бог - “золотой телец”, есть четко работающие государственные программы, обеспечивающие коренным народам возможность не просто выживать, а достойно жить. Причем не с помощью подачек и субсидий, а участием в общей экономической системе, где и природному природопользованию нашлось свое место.

У нас же, в демократической России, все произошло, и вправду, с точностью до «наоборот”.

О том, как живут сегодня коренные народы Хабаровского края, об их настоящем и будущем мы решили поговорить с президентом Ассоциации коренных малочисленных народов Севера Хабаровского края Галиной Михайловной ВОЛКОВОЙ.

ПОТЕРЯВ КРАСНУЮ РЫБУ, МЫ ПОТЕРЯЕМ СЕБЯ

- Галина Михайловна, какие у коренных народов проблемы сегодня?

- Я не могу сказать, что коренные народы брошены государством. Но четкой государственной политики, закрепленной соответствующим реальной жизни законодательством, в отношении КМНС нет.

А жизнь сегодня совсем иная не только для коренных народов, но и для всех россиян. И для большинства она не стала лучше. Целые поселки сидят сегодня без работы, денег, без связи с “Большой землей” - нет телефона, автобусного сообщения, порой - электричества. Закрылись клубы, в медпунктах нет лекарств. Но жизнь понемногу налаживается, появляются перспективы. И вот тут коренные народы - в неравном положении, потому что их жизнеобеспечение имеет свою специфику.

Если говорить о нашем крае, то каждый поселок создавался под какой-то вид хозяйственной деятельности, включенной в общую экономическую систему. Первыми переселенцами были крестьяне из центральной России, с Украины - и они ставили деревни там, где можно заниматься сельским хозяйством. При советской власти здесь были организованы колхозы и совхозы. Таежные поселки - это бывшие леспромхозы и лесопункты. При перестройке эти структуры развалились, но поля и лес остались, и хозяйственная деятельность - в других формах - восстанавливается.

А что такое национальные села? У них не было и нет «градообразующего» стержня. Экономика коренных народов - традиционное природопользование. Нас кормили Амур, его притоки и тайга.

Красную рыбу можно назвать основой нашей жизни. Она не только основной продукт питания, но и часть национальной культуры. Из рыбьей кожи шили одежду, рукавицы, обувь, украшая эти изделия орнаментами. Когда заканчивалась путина, в селах устраивали праздники. И коренные народы издревле берегли нерестилища, никогда не ловили больше, чем нужно для жизни.

И рыбы хватало.

Сегодня ситуация в корне изменилась. Амурское лососевое стадо ежегодно сокращается, и некоторые ученые уже говорят о том, что это уменьшение - катастрофическое, и восстановление стада будет невозможным. Причины мы знаем - загрязнение Амура, браконьерство. Но от этого знания нам не легче.

Можно запретить лов лососевых на Амуре. Для всех. Но тогда через десять лет никто не вспомнит, кто такие ульчи или орочи.

Пока нам дают лимиты на отлов рыбы. Меньшие по сравнению с теми, что необходимы. Но некоторые общины и это количество отловить не могут - до отдельных амурских притоков лосось уже не доходит.

Есть проблемы с охотой. По закону «Об охотопользовании на территории Хабаровского» края за национальными охотниками закрепили участки. Для надежности перезакрепили угодья на 25 лет. То есть краевые власти гарантировали возможность вести охотничий промысел коренным народам.

Но сказать, что этим проблема решена, я не могу. Есть районы, где люди хотят и имеют возможность охотиться - имени Лазо, Тугуро-Чумиканский, Аяно-Майский. А в остальных районах по Амуру очень сложно получить хорошие угодья, они все закреплены и перезакреплены. Но зверя все меньше, и на некоторых участках охота себя не оправдывает. Поэтому участки имеют хозяина, но он там уже не бывает. И для молодых людей, которые хотели бы заняться промыслом, места нет. Грустно и то, что молодежь, хотя и не вся, потеряла интерес к охотничьему промыслу. Это ведь тяжелая работа - зиму жить в тайге, ежедневно заряжать и проверять капканы. Молодые люди предпочитают перезимовать в теплых домах, а поскольку работы нет - в безделье.

Вот такая невеселая картина. Но путь в будущее есть.

ПОДНЯТЬСЯ НАЦИОНАЛЬНЫМ СЕЛАМ ПОМОГУТ ОБЩИНЫ

- Каким же вы видите этот путь?

- Я бы назвала этот путь так: инициатива снизу и помощь сверху.

Никакие федеральные программы не решат проблему существования коренных народов в будущем, если коренные народы не осознают, что надо приспосабливаться к новой реальности.

И здесь, я убеждена, главную роль должны сыграть национальные общины. Они были всегда, и совет старейшин решал все вопросы жизни национального села. Но сегодня для этого есть местные муниципальные образования. А функция общин - в другом. Занятие хозяйственной деятельностью. Общины сегодня не объединяют всех жителей села, в них входят те, кто хочет работать, хочет подняться из нищеты сам и помочь селу.

И вот что очень важно - уже существующие крупные общины поняли, что только на рыбе подняться невозможно. Они уже занимаются лесом - заготовкой, переработкой. Две общины получили пилорамы. Это - хорошие перспективы для развития, эти инициативы наше краевое правительство поддерживает, в том числе и определенным финансированием.

Есть еще одна экономическая сфера деятельности для коренных народов. Тайга - это ведь не только рыба и звери. Это еще и сокровищница дикоросов - и черпать из нее можно практически круглый год. Папоротник, ягоды, грибы, кедровые шишки, лекарственные растения. Конечно, жители национальных сел сбором дикоросов занимаются - и для себя, и для сдачи. Но перекупщики скупают “сырье” за копейки, а после переработки в Хабаровске к первичной стоимости килограмма ягод или грибов прибавляются несколько нулей. Нашу дальневосточную продукцию - переработанную и красиво упакованную - охотно покупают на внешнем рынке. В Японии, Корее, США. У нее есть огромное преимущество - экологическая чистота.

Вот и здесь я вижу очень хорошие перспективы - не продавать дикоросы в сыром виде, а создать в национальных селах маленькие цехи по переработке. Конечно, для этого нужно и финансирование для создания базы (вот тут мы вправе рассчитывать на помощь государства), и подготовка специалистов. И организаторы производства - инициативные, коммуникабельные, умеющие заниматься маркетингом. Я верю, что среди нашей молодежи такие люди есть.

А еще - народные ремесла, этнографический туризм.

Кто это может осуществить? Общины.

Вот что я называю инициативой снизу. А под помощью сверху подразумеваю не только финансовую - для создания определенной материальной базы в национальных селах, но, прежде всего, законодательную базу, которая дала бы право коренным народам распоряжаться своей территорией. Ведь это земля, доставшаяся нам от предков для того, чтобы кормила нас. Чтобы мы жили на ней вечно. И мы хотим иметь закрепленные законом права на землю, получать компенсацию за использование ее государством или какими-то частными фирмами для хозяйственной деятельности.

ПРЕМЬЕР КАСЬЯНОВ НЕ ПРОТИВ СТАТЬ ПАРТНЕРОМ

- Галина Михайловна, я вас правильно понял - если Москва примет нормальные законы, это даст коренным малочисленным народам шанс без страха смотреть в будущее и самим (при условии инициативы снизу) это будущее строить? А пока законы - «неправильные»?

- Мне очень важно сказать вот что: есть федеральные законы и есть региональные. Наш Хабаровский край в этом плане во многом опережает Москву. И краевое правительство, и дума хорошо знают и понимают сегодняшние проблемы коренных народов. Для Москвы же мы - “абстракция”. И вот два относительно неплохих краевых закона - “Об общинах КМНС” и “О территориях традиционного природопользования”, которые в крае уже начали работать, отменены. Причина одна - они не соответствуют федеральным. Да потому и не соответствуют, что основаны на практике, на реалиях сегодняшней жизни, на желании конкретно помочь коренным народам. А федеральные законы - декларативные. И кроме правильных слов, ничего в этих законах для коренных народов нет.

Но, будем справедливы, с нами начали вести диалог. Где-то мы “достучались”. Я имею в виду, конечно, не нашу ассоциацию и народы, которые мы представляем, а общероссийскую. Мы представили в правительство и Госдуму пакет предложений, и они рассматриваются. Премьер Михаил Касьянов осенью прошлого года на заседании комитета по делам Крайнего Севера сказал, что необходимо партнерство между органами власти и КМНС. Я думаю, что это начало того движения, которого мы ждали. Именно партнерства мы и хотим. Но с одним условием - помочь нам стать равноправными партнерами.

ВЕЧНАЯ ПРОБЛЕМА: ИДЕЙ ДО ЧЕРТА, А ДЕНЕГ МАЛО

- И в заключение нашего разговора - какова роль Ассоциации в жизни коренных народов Хабаровского края?

- Ассоциация - это общественная организация. Когда к нам приходят и говорят: решите наши проблемы или дайте нам денег, мне приходится объясняться. Мы не финансируемся из бюджета, мы не принимаем законов.

Ассоциация была создана десять лет назад, и ее цель - объединение коренных народов для решения общих проблем. Этому Ассоциация содействует, направляет предложения в органы власти. А решать проблемы могут только власти.

Еще одна наша задача - правовая защита коренных народов.

Далее - информация. Мы выпускаем бюллетень, который рассылаем в районные ассоциации и библиотеки. И жители затерянных в тайге маленьких национальных сел знают, что делает краевая Ассоциация, что делается в России.

Мы организовали пять краевых центров - информационно-правовой, молодежный “Феникс Амура”, культурный, экологический и медицинский. Они объединяют людей, которым не безразлично будущее их самих и их детей. Работа центров - это реальные дела: правовые семинары и внесение предложений в законодательство, помощь молодежи, организация детских эколого-этнографических площадок.

Но самая главная цель Ассоциации - именно объединение коренных народов вокруг общей идеи: возрождение, сохранение и развитие нашего самосознания, наших традиций и культуры, экономической базы нашей жизни. Не потерять ничего старого и приобрести новое.

Это и есть путь в будущее.

И не случайно эмблема Ассоциации - птица Феникс.

СОЦИАЛЬНЫЕ ПОСОБИЯ НЕ ИЗБАВЯТ НАС ОТ НИЩЕТЫ

Из выступления Галины Волковой на расширенном заседании правительства Хабаровского края:

- Можно долго перечислять проблемы, принимать программы, но без активности самих коренных народов мы не сможем реализовать даже часть задуманного. От нас самих зависит, поднимем ли мы наше сознание на должный уровень, сохраним ли наши традиции и духовные ценности. Социальные пособия не избавят нас от нищеты. Ассоциации коренных народов и органы власти на уровне края, района, села могут оказывать только содействие, а работа - за самими коренными народами.

* * *

Авторитет нашей ассоциации достаточно высок - и в России, и в крае. Ее президент Галина Михайловна Волкова - член краевых комиссий по охотопользованию, рыбодобыче и лесопользованию. Ни в одном регионе России руководитель общественной организации не участвует так полноправно в формировании краевой политики. Предложения нашей АКМНС рассматривает правительство России. В прошлом году Волкова достойно представляла интересы коренных народов России на заседаниях Рабочей группы ООН в Женеве. Это внушает надежду.

Но живут-то наши коренные народы здесь, в Хабаровском крае. Москва далеко, Женева - еще дальше. И из нашего с Галиной Михайловной разговора я для себя понял простую вещь: неверно думать, что мы просто живем рядом - “дикие таежные индейцы”, ловящие рыбу и стреляющие зверей, и мы - все из себя рыночные и цивилизованные, упакованные в китайские шмотки и катающиеся на японском металлоломе.

Мы не рядом, мы вместе здесь живем. И должны помогать друг другу - чтобы у всех была достойная жизнь.

Юрий Шмаков

Источник: Молодой Дальневосточник

Если тебя лишили кормильца, будь уверен в одном - что страна не зарыдает и государство на твой счет не раскошелится

ГОЛОВОЙ ОН ЛЕЖАЛ К ОЗЕРУ, С ОБИДОЙ НА ЛИЦЕ

Случилось это под самый Новый год. В понедельник, 30 декабря. Старший Поддубный, Василий Михайлович, будто предчувствовал, или это теперь только так семье кажется, но страшно не хотел именно в тот день ехать на работу. Хотя всегда был очень обязательным, дисциплинированным человеком. Чтобы кого подвести - да никогда! А тут ехать надо было из их Князе-Волконки на другой конец света! Аж в район 10-й горбольницы, в Северный. И по морозу, с ветром… Жаловался он на эти морозы. Что достали, давят и давят вот уже больше месяца. Страх божий, а не погода. Наказание одно.

Но что делать? Если его участок перебросили на новый объект, как раз под клинику “Микрохирургии глаза”, и их “Тополевоаргросервис”, где Василий Михайлович отработал классным механизатором и бригадиром добрые лет двадцать, а то и больше, стал его обслуживать.

Зато одно грело. На работе их простимулировали - пообещали как бы каникулы зимние устроить: вот 30-го ударно повкалываете, полную смену, а там - на отдых уйдете. Почти до самого Рождества.

Грело, конечно, но ехать не хотел. Все возился в дверях, мешкал, искал повод, а тут еще, как знак, к назначенному времени и служебный «рафик» не пришел. И надо было бежать тогда на рейсовый. А может, дергал он Веру Юрьевну, я позвоню в диспетчерскую да отпрошусь? Ну у кого еще так бывает, согласись, Верунь, чтобы на 1 января сразу два праздника: Новый год и мой день рождения?! А дома, как в искушение, уже и холодец поставили на плиту, елку занесли… С трудом вытолкали отца, чтобы на автобус не опоздал.

И все.

Ждали, как обычно, его к половине седьмого. Он всегда возвращался домой к ужину. Как по расписанию, без него и не садились. А тут на часах - семь, восемь, девять, и телефон молчит… Девчонки, видя, что мать места себе не находит, давай разряжать обстановку: загулял, мол, наш фазер, вчера-то вон каким успехом у дам пользовался! Это они про “Голубой огонек”, на который Поддубные в кои веки за последние годы домоседства, как Ванюшку из Чечни в цинковом гробу получили, в местный клуб выбрались. И Василий Михайлович, к веселью на людях особенно не расположенный, только к концу вечера немного подобрел. И под занавес, может, случайно, но сказал как сказал: “Я станцую с любимой женой в последний раз”. Далась потом ей эта фраза!

Ну а в десять вечера им позвонили. Игорь Ермаков, из местных, князе-волконских, милиционер. Афганец бывший, после похорон их Ивана как-то особенно они с ним сошлись. “Тетя Вера, вы, если сможете, подъедьте сейчас в Тополево. Тут с Василием Михайловичем случилось…”

Немного тут по трассе километров, за несколько минут, будь под рукой машина, можно было бы обернуться, а добралась Вера Юрьевна к той тополевской остановке, где обнаружили сбитым Василия Михайловича, в 23.14. Часы на руке, когда она ее подняла, машинально пытаясь пульс отыскать, еще шли и показывали: 23.14. Он лежал без шапки, со снесенной частью лица, сбитыми с ног унтами, такой силы принял он удар лихача, лицом - к озеру. И вокруг все было усеяно пуговицами с его куртки, какими-то железяками. И все говорили, что - от машины, совершившей наезд.

Нашелся и свидетель, который видел, как это произошло. Что человек шел к остановке, пересекал дорогу строго по “зебре” и ничего не нарушал, а выскочивший будто из ниоткуда “микрашник” на безумной скорости достал его уже на обочине. И даже не остановился.

Подбежал к месту трагедии и дежуривший на проходной “Тополевоагросервиса” мужчина. Это у него, в каптерке, и отогревался Василий Михайлович, опоздавший по приезде с участка к проходящему на Князе-Волконку автобусу на какие-то 10 - 15 минут. Потом это обстоятельство сыграет роль при оформлении пенсионных документов, а главное, размера возмещения: надо бы вам, Поддубные, доказать, что смерть вашего кормильца связана с обстоятельствами его возвращения с работы, а не просто это - банальный несчастный случай. Ну и что, что опоздал и высидел срок на проходной? Рабочий день ведь для него уже закончился, а значит, и получать вы будете по меньшей шкале…

Вся жизнь в нашей родной стране, как один сплошной несчастный случай: тело забрать из морга - и то проблема целая! На Новый год - понятно, что люди тоже хотят отдохнуть - но вот не работали целых четыре дня. А потом чуть ли не по записи тела выдавали, Поддубным выпало по очереди явиться за отцом 8 - 9 января. Как раз когда закончились бы его зимние каникулы, обещанные за ударный труд.

Не знаю, чем проняла служителей морга тогда старшая дочь Поддубных, Алена, что те сжалились, но девочка в итоге совершила почти невозможное. Заменив в доме в те скорбные дни мать - Вера Юрьевна всегда была слаба сердцем, а тут и слегла, и почти говорить перестала - Алена и отца привезла, и настояла, чтобы дома он отночевал, как у христиан положено, и похоронами распоряжалась. Одному Богу известно, каких сил ей это стоило: ведь девочке не так давно присвоили нерабочую группу инвалидности по редкому диагнозу - рассеянный склероз. Но поскольку им так объяснили, что пенсию по утрате кормильца сможет получать только одна из сестер, младшая Аня, студентка, то Алена решилась на такую жертву: отказалась от пенсии, чтобы устроиться хотя бы на минимум платы на работу. И ведь устроилась, пусть на копейки, в тысячу с небольшим, но все равно это не ее несчастные 620 рублей, положенные по инвалидности. Она чувствует, что именно так поможет своей семье. Ведь теперь она в доме за старшую…

А между тем таких больных, как эта девочка, у нас в крае всего 32 человека. И она одна, кто получил такой страшный диагноз благодаря мудрости наших правителей. Алена пережила сильнейший нервный срыв, когда перед выпускными им привезли из Чечни Ивана, и поначалу ей ставили простую сердечно-сосудистую дистонию. И говорили, что - молодая, и такой несчастный случай, как с ее братом, переживет.

НАЗВАЛИ МАЛЬЧИКА ИВАН, ТАК ЕМУ НА РОДУ НАПИСАНО

Когда у Поддубных родился сын, Василий Михайлович подумал, что его разыгрывают. Когда позвонили, чтобы обрадовать наследником. Он должен был быть февральским, а выскочил на свет божий восьмимесячным. Пришлось вызывать искусственные роды, у Веры прихватило сердце, и малыша, без всяких надежд, что еще жив, выпихивали из утробы полотенцем. Потом долго откачивали и хотели бросить это дело, пацан дышать не хотел, врач отступилась, а опытная акушерка, гром-баба, вдохнула в него жизнь. И мамаше предъявила результат: что, мол, папино хозяйство на месте, а то, что чадо волосато не в меру - значит, будет темпераментным. Девкам на горе!

И назвать его надо, мамаша, Иваном. Богатырь был такой, на всю Россию известный. Пусть теперь и оправдывает. А мамаша, как вспоминает сейчас, еще фыркнула на такое немодное имя. Иван… Еще чего! Мы назовем его Игорем, или Олегом, или Денисом. Короче, пока девушка мечтала, как сына назовут, врачи его, как дело решенное, в карточку так и записали: Иван Поддубный.

Вера Юрьевна по неопытности своей женской даже не поняла тогда, как легко могла его потерять. А вот когда покормила его в первый раз и рассмотрела толком, что и ресницы, и глаза как у казака бравого (Василий Михайлович - из ростовских, оттого и крутая кровь. - Авт.), испытала жуткий страх, что сын мог вот так просто и уйти. А потом еще в роддоме его дважды меняли - путали бирки и кормить носили другим, так со скандалом свое возвращала.

Если бы так получалось всегда, чтобы вернуть свое можно было. Она бы никакого стыда ни перед кем не испытала и выкрала бы сына из Млечника, когда их втихаря собирали там скопом, чтобы загнать в Чечню. Ваня ведь, став, как и отец, механизатором и начав работать в той же тополевской организации, в армию пошел с той мыслью, что - отслужу как надо и вернусь. Без комплексов, без страхов перед дедовщиной. И все первые увольнительные привозил домой на откорм своих сослуживцев, до анекдота доходило - те очередь на “гости к Поддубным” занимали. Вот такой был компанейский парень.

Одного не может до сих пор себе простить Вера Юрьевна, что не почувствовала подвоха военных. Когда навещала Ванюшку как раз на новый, 1996-й, год на Млечнике и уже тогда увидела массу ребят в бронежилетах, при всей новенькой амуниции и дала себя убедить, что это просто собирают войска для окружных учений. Ничего опасного. И Иван ее в этом убеждал: пеки, мама, блины, числа 15-го нагрянем с пацанами. А тут 14-го января, как рассказала мне Вера Юрьевна, ей принесли номер “МД” (с моим материалом про тайную отправку наших мальчишек в Чечню. - Авт.) и она прочла, что улетали они из Калинки. С их Князе-Волконки, если напрямик да по замерзшей реке, будет всего километра четыре. Она бы добежала, бросилась в ноги…

Что уж там, не такой был мужик ее Ваня. Он даже на пути в Чечню, навестив в Ростове деда, наказал ему, чтобы тот молчал, куда их отправили. И потом все письма, когда решил-таки рассекретиться, были на одной радостной ноте: не волнуйтесь, у нас здесь - все путем, скоро вывести обещают, а так - живем, жуем блинки и оладушки.

Любил он, когда ему дома все это стряпали.

А в начале июня - никто до сих пор им толком рассказать не смог, как все там произошло - пришло из округа извещение: что сын ваш, личный водитель комроты разведки, погиб смертью храбрых в бою у селения Зоны… Тело с сопровождающим встречайте военным транспортом…

Привез “цинк” чужой военный - обычный командированный, “груз-200” ему просто навялили в нагрузку, ничего он рассказать не смог, сдал гроб и умчался. А когда родители потребовали его вскрыть, их поначалу не поняли, а потом - запретили. Запах, понимаете ли. Дорога такая длинная, и жара, себя пожалейте. Родители пролежали, обняв гроб, всю ночь, пытаясь сквозь маленькое оконце вглядеться в родные черты, и не узнавали Ваню. Убеждали себя, что это - все, что после прямого попадания снаряда осталось от их ребенка: часть головы и шеи, и все… Гимнастерку просто наживили к остаткам кожи, чтобы выдержать форму… Мать не унималась, особенно когда рассмотрела лицо во всех деталях и обнаружила, что глаз, который так и не был закрыт, был голубым. А их Ванюшка был кареглазый казак…

До сих пор в семье уверены, что похоронили чужого хлопца, а потому и памятник серьезный не стали на могиле ставить, ждут 2005-го года. Вере Юрьевне так приснилось, что пришел к ней Иван и сказал, чтобы ждали. Что вернется он в 2005-м году.

…Когда им вручали орден Мужества и надо было сказать в ответ какие-то благодарственные слова, Василий Михайлович, выдержанный и тактичный, с трудом сдержал свою Веруню, готовую выкрикнуть: ”А на что мне теперь это железо?..” Будете теперь льготами пользоваться - как бы участливо объяснили им чиновники, все-таки за коммуналку, свет и жилье полцены, подспорье бюджету! И что на это скажешь? Что тот же Василий Михайлович, который всего лишь день не дожил до своих 53-х лет, мог бы “радоваться” такому благодеянию только став 55-летним? Ну, а сама Вера Юрьевна, кочегар князе-волконской котельной с заработком в две тысячи с небольшим, государству за такую льготу, слов нет, как благодарна. Великое ему за все спасибо.

Только вот как им теперь жить втроем, ума не приложит. Аню, как хотели отец и Аленка, которой из-за болезни пришлось уйти из любимого колледжа связи и закончить “всего лишь” лицей, выучить надо. Дать высшее образование, чего бы это ни стоило. А учится она пока только на втором курсе, и на коммерческом. Но вот решили так на семейном женском совете, что - отец и Ванюшка были бы этому только рады - последние деньги, которыми рассчиталось родное предприятие Василия Михайловича с его семьей, потратить на хороший компьютер для Анюты. Чтобы смогла выучиться.

…Как говорят следователи, скорее всего, убийцу Василия Михайловича вряд ли найдут. Хотя бы потому, что таких машин, которой управляла эта сволочь, примерно 800 единиц по краю и 300 на их район. Невыполнимая задача прошерстить их все, что и говорить.

Страна ты, родная. Люби нас и дальше.

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник

Мужик вызывает ветеринара к своему питону - и ветеринар слышит, что питон лает.
Ветеринар в восторге:
- Это же беспрецедентный случай - лающий питон! За такое открытие я, пожалуй, получу Нобелевскую премию!
Мужик:
- Доктор, может быть, сначала извлечем таксу, которую он проглотил?!

Судья:
- Вы зачем разбили о голову прохожего бутылку шампанского?
- На счастье!

У женщины умер муж. Она по нему скучает и решила пойти на спиритический сеанс. Все в трансе, слышен голос. Дух:
- Кто меня вызывал?
Жена:
- Это ты, дорогой?
- Я, Мэри, я.
- О, Джон, расскажи, как ты живешь.
- Ну, с утра немного секса, потом немного ем, потом много секса, потом много ем, потом ну ОЧЕНЬ много секса, чуть-чуть ем и сплю.
- Боже, Джон, в раю такой разврат!
- В каком раю, Мэри? Я кролик в штате Мэриленд.

Встречаются два человека на том свете:
- Ты как сюда попал?
- Упал с крыши 15-этажного дома. А ты?
- Смотреть надо, куда падаешь, придурок!

- Что-то наши соседи сегодня не кричат друг на друга.
- Наверное, поссорились.

Источник: Молодой Дальневосточник

Есть у меня один знакомый. Зовут знакомого Вован. Вернее, Вован-Шумиха. Парень он настойчивый, решительный и неуправляемый, как советский луноход.

Одним из сумрачных зимних вечеров встретилась наша компания с Вованом в районе «железки». То да се, попили пива, решили подняться в город. Поднимались по Запарина к «Гиганту». Шумихина душа затребовала продолжения банкета. Поначалу он держался, говорил негромко и внятно, однако затем пивные пары ударили в голову. Как говорится, Остапа понесло. Напрыгнув на одного из нас, Вован стал настоятельно требовать полтинник. Прямо на «пятачке» возле кинотеатра. Рублями, слава богу, да не в этом дело. Дай, говорит, полтинник, я тебе через полчаса два полтинника отдам. Вот уже и прохожие предусмотрительно принялись шарахаться в стороны. Мы: Вова, а смысл? Нет, говорит, какой тут может быть смысл? Ты мне даешь полтинник, я тебе через полчаса отдаю два полтинника. Диалог этот в его различных вариациях продолжался минут двадцать, причем особенно Шумиха напирал на слова «полчаса» и «два полтинника». Заклинило парня. Становилось не то чтобы смешно, а какой-то интерес у нас появился даже. Как разговаривая с капризным ребенком, решили уладить все по возможности мягко. Хорошо, говорим, Вован. Мы дадим тебе полтинник. Ты только объясни, пожалуйста, где ты через полчаса возьмешь сто рублей, если у тебя и на проезд-то денег нет. Ответ Вована был достоин его требований - я, говорит, сейчас пойду в «Одиссей» и выиграю сто рублей в казино. Та-а-ак, думаем. Никуда ты не пойдешь. Мы даже немного испугались за Вову.

Ну ведь и в самом деле - перспективы вырисовывались отнюдь не радужные. Это же ему надо сначала в этот самый «Одиссей» попасть. Глянули мы на Шумиху и как-то сразу в этом во всем засомневались. Мелькнувшая было в глазах Вована надежда потухла. Догадался, что полтинник ему сегодня не обломится. Попытался даже разозлиться. Перешел на крик. Типа полтинник зажали! Посмотрели мы на него еще раз и снова испугались. На этот раз по-настоящему, без шуток. Стоит перед нами пьяный гопник и полтинник вымогает, того и гляди руки пустит в ход.

Переглянулись и решили ретироваться. С гопниками, оно, это, как-то не того у нас. Не сложилось исторически. Хотя, припоминаю, придумали мы даже как-то рецепт салата и люмпен-пролетариату его посвятили. Это мы день рождения справляли на левом берегу. На даче. И не заметили, как дождик моросящий в ливень превратился, а все наши планы насчет печеной картошки и горячих хот-догов пошли псу под хвост. Ну, выпили, ну, закусили домашними пирожками. На вторую-третью-пятую бутылки закуски категорически не было. На выручку поспешила фантазия. Нарезали томатов в тазик, сосисок сырых, высыпали туда баночку фасоли консервированной. Перемешали в кетчупе. Псевдомексиканский салат получил громкое наименование «гопотушка». Кому это первому в голову пришло - мать-история не сохранила. Нет чтобы назвать, допустим, Попокатепетль или Теночтитлан.

Уважить историческую родину подавляющего большинства ингредиентов. А потом поиграть в скороговорки. Попокатепетль попокатепетлил да не выпопокатепетлил. Теночтитланин у теночтитланина теночтитланку увел. Каково? По языколоманию такие скороговорки дадут фору любым букварным сушкам, грекам, ракам и шоссе. А салат можно было приготовить и попроще.

Хотя бы такой. Помидоры нарезать тонкими кружочками. Слегка посыпать сахарным песком. Подождать, пока помидоры дадут сок. Подавать на стол.

Проще некуда. А вы говорите - полтинник…

Максим Фалилеев

Источник: Молодой Дальневосточник