Золотые унитазы для диктатуры пролетариата

Когда мы победим в мировом масштабе, мы, думается мне, сделаем из золота общественные отхожие места на улицах самых больших городов мира.
В. И. Ленин

Это Владимир Ильич погорячился в 1921 году, когда размышлял “О значении золота теперь и после победы социализма”. Бог ему судья - может быть, мечтать о золотых унитазах в общественных сортирах Москвы, Токио и Нью-Йорка посреди полной разрухи и голода было не только сюрно, но и, так сказать, граждански необходимо. Ну, чтоб народ знал - к какой заветной сияющей вершине стремиться. Скажешь этому глупому народу, допустим: “Когда мы победим в мировом масштабе, у каждого жителя Земли будет отдельная квартира о тридцати квадратных метрах с совмещенным санузлом”, - и что?

А ничего. Глупый народ пожмет плечами, скажет - дурак ты, и цели твои дурацкие. И займется своими делами. Нет, нужно поразить воображение людей чем-то совершенно прибабахнутым и грандиозным - тогда поверят и зажгутся. Такова природа людей, и в этом смысле дедушка Ленин был прав, пиша всякие глупости про мировой масштаб и золотые отхожие места.

Это тоже закон жизни. Называется “законом перехлеста”.

Он отлично работает не только в высокой политике, но и в заурядном быту. Господи, кто из нас не покупался на чьи-то заманчивые обещания? Потом было смешно и немножко стыдно - что ж ты, идиотка, уши развесила? Ну совсем больная. На всю голову. Однако это случалось потом, а в момент обещаний очень хотелось верить - так и будет…

Мои личные примеры не сильно впечатляющи (хотя обманывалась, и не раз), поэтому расскажу историю любви своей подруги. Она как бы даже будет кстати к 14 февраля - Дню всех влюбленных.

Итак, конец 70-х, молодость, моя однокомнатная квартира на Гамарника, влюбленная подруга Валя и ейный хахаль Иосиф. Который, вообще-то, никто и звать его никак. Случайным ветром прибило. Однако у него мама живет в Америке, а папа в Одессе. И вот - вечер, мы вдвоем ждем Валю со службы (она работает до 11), а на часах - уже 12, Вали нет, и мы с Иосифом к ее приходу сочиняем “Боевой листок”. Уже, естественно, ничего не помню из сочиненного, кроме двух строчек: “Только создали семью, как в душу плюнули мою”. Тут приходит Валя, смеется вместе с нами, потом все садимся ужинать, и Иосиф, чувствуя свою вину (он не работал и ужин по большому счету не заслужил), начинает разворачивать перед нами радужные перспективы:

- Нужно где-то срочно достать 500 рублей. Я поеду в Троицкое, на 300 рублей куплю икры (килограмм у нанайцев в те времена был эквивалентен бутылке. - А. Н.), а 200 потрачу на самолет до Одессы. Там в папином ресторане и в соседних - у него же есть друзья и коллеги - продам 10 килограммов икры по 150 рублей. Получится 1500. На эти деньги покупаю фрукты, продаю их в Москве (там у меня есть знакомый мужик на базаре), получается 3000. Лечу в Америку к маме, покупаю музыкальные инструменты, а потом продаю их во Владике или в Свердловске - за них бешеные деньги дадут. Стану богатым и куплю тебе, Валечка, кольцо с бриллиантом и норковую шубу.

Мы с Валечкой хохочем: понимаем, что врет и не краснеет, а все равно забавно. Вот если бы он начал блеять - мол, устроюсь на работу и куплю тебе, дорогая, кофточку, которая, помнишь, тебе в универмаге понравилась, Валя бы фыркнула и ответила раздраженно - ты сначала устройся. И выгнала бы его с позором гораздо раньше, чем это случилось на самом деле.

Так что все правильно: обещайте невозможное, будут рады минимальному. Когда Иосиф приносил в дом сазанов (он иногда выбирался на ночную рыбалку к утесу), мы говорили: все-таки старается мужик, семью кормит… Молодец!

Один раз Валю поздравила старушка-сослуживица, романтическая пожилая девушка:

- Я слышала, вы выходите замуж? Я так рада за вас! Наконец-то и к вам пришло большое человеческое счастье!

Вале было всего 25 лет.

Она еле добежала до дома, чтоб рассказать мне эту чудную историю.

“Большое человеческое счастье” меж тем валялось на диване и меланхолически щипало гитару…

Так что врите, дорогие влюбенные, от души, не стесняйтесь!

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник