Трое в масках, не считая «саиги»

В редакцию пришел молодой человек. С готовой статьей. Представился: пишу на экономические темы. Материал, который он принес, был посвящен… изнасилованию

НОЧНОЙ НАЛЕТ

Жильцы дома на тихой улочке Хабаровска - далеко не центр - мирно спали. Ночь. Будни. Рано вставать, потому что на работу. Вдруг ночную тишину прервал дверной звонок. Алексей нехотя вылез из теплой постели, накинул тулуп - чтобы посмотреть, кто пришел, нужно выйти на крыльцо: обычно звонят в калитку. Во дворе - собака, наверное, залаяла бы, почуяв чужака. Собака молчала. Алексей открыл дверь и отшатнулся: прямо в лицо ему уткнулся ствол пистолета. На пороге стояли трое в черных масках.

- Заходи и давай деньги, золото, быстро! - налетчики втолкнули Алексея внутрь.

- Так ничего нет.

Проснулся отец, из спальни, запахиваясь в халатик, вышла жена. Спросонья они плохо понимали, что происходит. Почему по дому бегают вооруженные люди (в руках у «пришельцев» оказалась еще и «сайга»), что-то ищут, требуют денег? Дабы хозяева не могли сопротивляться (а могли ли они под стволами?), их руки перемотали найденным в комнате скотчем. Положили на пол.

- Вась, а может, мы не туда пришли? - вдруг спросил кто-то.

- Да ладно, давай аппаратуру выноси, - ответил, видимо, тот, кого назвали Василием.

Бандит схватился за телевизор… Грузили быстро, через несколько минут, окинув взглядом опустошенный дом, налетчикам, наверное, подумалось - маловато добыли. Что такое какая-то жалкая 1000 долларов? А что такое в раз потерять имущества на 32 тысячи рублей? У каждой стороны - своя точка зрения. Однако хотелось денег.

Аню втолкнули в спальню:

- Показывай, где деньги!

Она честно выдвинула ящички: действительно, ничего нет.

То ли обида за неудачный налет, то ли расправленная супружеская кровать подсказала бандиту интересную мысль. Он толкнул женщину на кровать. Второй, поменьше ростом, придавил к кровати руки. Высокий выключил свет, распечатал презерватив (упаковку предусмотрительно спрятав в карман). Чтобы Аня не кричала и не сопротивлялась, лицо ей просто накрыли подушкой. Встал, одел штаны, не снимая «резины», вышел. Второй женщину трогать не стал.

Налетчики ретировались очень быстро, пригрозив напоследок оружием и посоветовав не обращаться в милицию. Алексей выскочил вслед за ними буквально сразу же, как освободился от пут. Никого. Ни звука: ни шагов, ни мотора. Только на снегу остались следы. Как ни странно, но похожие были и около соседнего дома. Соседям повезло?

Одевшись, Алексей и Аня дошли до 4-го отдела милиции Железнодорожного района. Дежурный, записав их объяснение, вызвал дежурного следователя прокуратуры - подобного рода преступления не милицейская подследственность. Оперативная группа уехала с Алексеем на место происшествия. Аня осталась в ГОМе со следователем Сосниным.

УГОВОР ДОРОЖЕ ЧЕСТИ?

- Алексей Георгиевич начал со мной беседовать, - рассказывает Аня. - Он сказал мне, что по изнасилованию не стоит писать заявление, так как это сейчас бессмысленно. А писать его следует, как только преступников задержат.

Естественно, женщина удивилась: но надо же срочно проводить экспертизу. По свежим следам, так сказать. К медикам ее все же отвезли. Но, утверждает Аня, до этого она написала Соснину объяснение, что «мести» не хочет, заявление об изнасиловании писать отказывается, потому что это ее гражданское право.

Я почему настаиваю именно на слове «утверждает», потому что потом «объяснение» каким-то таинственным образом исчезнет из материалов дела.

Обследовав Аню, медики зафиксировали ссадины предплечья и покраснение поверхности бедер. Женщину снова привезли в ГОМ. Дежурный милицейский следователь поинтересовалась: где заявление от пострадавшей.

- Пишите сейчас, иначе потом ничего нельзя будет доказать, - сказала она. И дело передали в прокуратуру Железнодорожного района г. Хабаровска.

На следующий день Аня и Алексей пришли к Соснину. Он их не принял. Еще через день - принял, но сказал, что ничего не получится и он все равно откажет в возбуждении уголовного дела по изнасилованию. Супругам показалось, что следователь просто пошел на принцип. А еще через несколько дней они получили постановление об отказе. «При проведении проверки совершение изнасилования не подтверждено ничем, кроме показаний Н., - говорилось в нем. - Таким образом в материалах проверки отсутствуют основания для возбуждения уголовного дела… На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 31 УК РФ и п. 2 ч. 2 ст. 24…. УПК РФ постановил отказать».

ВЗЯТЬ И ОТМЕНИТЬ

Все в жизни решает случай. Супруги случайно встретили старого знакомого Алексея по работе. Того самого молодого человека, который впоследствии пришел в редакцию. Совершенно случайно парень знал и УК и УПК (папа - юрист). Приятель усмотрел в постановлении следователя юридическую ошибку. И засомневался в компетенции прокурорского следователя. Аня подала жалобу в суд. Спустя месяц после происшествия состоялось судебное заседание.

Рассмотрев жалобу с учетом пояснений истицы и зам. прокурора Железнодорожного района суд нашел, что «постановление следователя не отвечает требованию закона. В постановлении в резолютивной части имеется ссылка на ст. 31 УК РФ, которая регулирует порядок добровольного отказа от совершения преступления. В постановлении следователя как основание на отказ в возбуждении уголовного дела имеется ссылка на п. 2 ч. 2 ст. 24 УПК РФ, но данная статья и пункт не предусматривают отказ за отсутствием состава преступления, поскольку она регулирует другие процессуальные отношения; отказано в возбуждении уголовного дела в отсутствии лица, что указано в постановлении следователя со ссылкой на ст. 148 УПК. Сосниным взято объяснение, что истица не желает возбуждать уголовное дело по факту изнасилования. Но заявления на имя следователя в материалах проверки нет, взятые Сосниным объяснения им не подписаны, имеются подписи истицы и других лиц, от имени которых написаны эти объяснения».

Если вы хоть слово поняли из постановления суда, вам ясно - отказ прокуратуры не отвечал требованию закона.

А значит, Аня может считать свою жалобу удовлетворенной и ждать завершения расследования?

КОМУ ЭТО ВЫГОДНО?

Увы. Обратившись за комментарием ситуации к Татьяне Ламаш, заместителю прокурора Железнодорожного района, я была ошарашена неожиданной версией.

- Алексей Соснин - один из лучших наших следователей. Да, наверное, в запарке он неправильно указал статьи в постановлении об отказе. Это чисто юридическая, формальная ошибка. И мы сами подали ходатайство в суд, заметив ее. Но фактически он прав.

Для возбуждения уголовного дела - нет оснований. Экспертиза ничего не показала. Ссадины и потертости? Но за несколько часов до происшествия она любила мужа. Так страстно, что ли? В квартире тоже не нашлось никаких следов биологического происхождения. Аня утверждает - ни один предмет из спальни не был взят на экспертизу, допустим, та же простыня - делают ведь анализ и на микрочастицы, не только на биологию. Более того, оказалось, в производстве следователя Соснина сейчас находятся три (!) уголовных дела, где в преступлениях участвовали сотрудники милиции. Два из них - из того самого 4-го ГОМа, куда Аня с мужем обратились. И вроде бы адвокаты милиционеров уже наслышаны о жалобах Ани на прокуратуру. Хочется сразу вспомнить папу-юриста и невесть откуда пошедшего по редакциям сына. Подстава? И такое бывает. Тем более что, как объяснила Татьяна Георгиевна, муж Ани имеет погашенную судимость. Но имеет же! За что?

- За неуплату алиментов, - объясняет Аня.

Сотрудники милиции вообще склонны считать всю семью подозрительными личностями. И тоже не особо верят в случившееся. Тогда непонятно, почему речь идет о какой-то интриге.

В краевой прокуратуре никакой тайной игры не разглядели. Не спорю, может, я чего не рассказала. Зато объяснили еще раз - действия следователя неправомерны. Другое дело, будут ли получены надлежащие доказательства. Но опять же - разбой-то был. Бандиты не пойманы. Может, когда их изловят - и расколются по самое не хочу.

ТЯЖЕЛЫЙ СЛУЧАЙ

Так совпало, что когда в редакции появился молодой человек со статьей, в блокноте «жил» другой случай. Парень притащил домой девчонку. Мама, сестра, племянница, кошка и собака - все были дома. Девчонка переночевала под присмотром. А через несколько месяцев принесла в милицию заявление. Парня осудили на 9 лет… Какие биологические следы для экспертизы она предоставила? Какие свидетельские показания?

Но так случается часто. Случается, что двое вообще остаются тет-а-тет, а потом дело заканчивается заявлением. И дела возбуждаются и расследуются. Хотя статистика, конечно, хилая. 2001-й год - 49 дел ушло в суд, 39 - прекращено. 2002-й: 36 - в суде, в 29 - не найден состав преступления. Сложное оно, преступление-то.

Поэтому в практике используются не только прямые, но и косвенные доказательства. Что в случае с Аней мне не совсем понятно. Ведь и муж, и свекор говорят одно и тоже - да, уводили женщину в комнату на какое-то время.

Впрочем, думаю, этот материал заденет чью-нибудь профессиональную гордость, и законники разберутся-таки, что к чему.

Среди них, конечно, бытует мнение, что иногда, дабы жертвой не стать, осторожней быть следует. Со знакомцами незнакомыми после ресторанов «Маккону» не пить, в машины чужие не садиться, в юбчонках в обтяжку по ночам не шарахаться. Не провоцировать, словом. Но психологи утверждают: жертва насилия никогда не виновата, виноват тот, кто пошел на преступление. И стыдиться того, что с тобой случилось, не стоит: мы ведь не стыдимся того, что в нашу квартиру влезли грабители. Идем в милицию. И ищем защиты. Только вот находим ли?

Ирина Северцева
P. S. Имена пострадавших в материале изменены

Источник: Молодой Дальневосточник