«Феникс» расправляет крылья

Найдут ли коренные народы свою тропинку в светлое капиталистическое будущее?

Танге-тес! Танге-тес!..
Целый день одно и тоже.
Танге-тес! Танге-тес!
Колотушка бьет по коже.
Здесь, на солнечном Амуре,
Меж проток, полей и гор,
На поделки рыбьи шкуры
Мы пускаем с давних пор.
Пусть теперь иные ткани
И иные времена,
Я нанаец, нани, нани -
рыбья кожа нам нужна.
(Из стихов Константина Бельды)

В Хабаровском крае живут представители всех коренных малочисленных народов России, но восемь из них - нанайцы, ульчи, удэгейцы, орочи, эвены, эвенки, негидальцы, нивхи - признаны именно хабаровскими коренными. И так уж исторически сложилось, что судьба их навечно связана с огромной страной: сначала Российской империей, потом СССР, а ныне - вставшей на путь капитализма Россией.

Они - полноправные россияне. Но при этом они особенные. Получив блага цивилизации, коренные народы продолжают сохранять связь с природой. Их по-прежнему кормит тайга. Но с каждым годом запасы кормилицы скудеют.

В советское время у коренных народов были социальные и экономические гарантии - от государства. Не имело большого значения, много или мало рыбы и соболей добыли аборигены - жизненный уровень поддерживался стабильно. И советские пропагандисты не уставали повторять: в Америке индейцев загнали в резервации, а наши коренные народы такие счастливые - дальше некуда! Живут не в чумах-ярангах-вигвамах, а в благоустроенных домах, телефон-электричество есть, дома культуры.

Никто, правда, в то время этих индейских резерваций в глаза не видел.

Наступили новые времена, представители российских коренных малочисленных народов Севера (КМНС) в Америке побывали и увидели своими глазами, как тамошние индейцы живут. Нам бы такие “резервации”. А главное - узнали, что в этой суперкапиталистической стране, где, по идее, “человек человеку волк” (а у нас, соответственно, наоборот) и единственный бог - “золотой телец”, есть четко работающие государственные программы, обеспечивающие коренным народам возможность не просто выживать, а достойно жить. Причем не с помощью подачек и субсидий, а участием в общей экономической системе, где и природному природопользованию нашлось свое место.

У нас же, в демократической России, все произошло, и вправду, с точностью до «наоборот”.

О том, как живут сегодня коренные народы Хабаровского края, об их настоящем и будущем мы решили поговорить с президентом Ассоциации коренных малочисленных народов Севера Хабаровского края Галиной Михайловной ВОЛКОВОЙ.

ПОТЕРЯВ КРАСНУЮ РЫБУ, МЫ ПОТЕРЯЕМ СЕБЯ

- Галина Михайловна, какие у коренных народов проблемы сегодня?

- Я не могу сказать, что коренные народы брошены государством. Но четкой государственной политики, закрепленной соответствующим реальной жизни законодательством, в отношении КМНС нет.

А жизнь сегодня совсем иная не только для коренных народов, но и для всех россиян. И для большинства она не стала лучше. Целые поселки сидят сегодня без работы, денег, без связи с “Большой землей” - нет телефона, автобусного сообщения, порой - электричества. Закрылись клубы, в медпунктах нет лекарств. Но жизнь понемногу налаживается, появляются перспективы. И вот тут коренные народы - в неравном положении, потому что их жизнеобеспечение имеет свою специфику.

Если говорить о нашем крае, то каждый поселок создавался под какой-то вид хозяйственной деятельности, включенной в общую экономическую систему. Первыми переселенцами были крестьяне из центральной России, с Украины - и они ставили деревни там, где можно заниматься сельским хозяйством. При советской власти здесь были организованы колхозы и совхозы. Таежные поселки - это бывшие леспромхозы и лесопункты. При перестройке эти структуры развалились, но поля и лес остались, и хозяйственная деятельность - в других формах - восстанавливается.

А что такое национальные села? У них не было и нет «градообразующего» стержня. Экономика коренных народов - традиционное природопользование. Нас кормили Амур, его притоки и тайга.

Красную рыбу можно назвать основой нашей жизни. Она не только основной продукт питания, но и часть национальной культуры. Из рыбьей кожи шили одежду, рукавицы, обувь, украшая эти изделия орнаментами. Когда заканчивалась путина, в селах устраивали праздники. И коренные народы издревле берегли нерестилища, никогда не ловили больше, чем нужно для жизни.

И рыбы хватало.

Сегодня ситуация в корне изменилась. Амурское лососевое стадо ежегодно сокращается, и некоторые ученые уже говорят о том, что это уменьшение - катастрофическое, и восстановление стада будет невозможным. Причины мы знаем - загрязнение Амура, браконьерство. Но от этого знания нам не легче.

Можно запретить лов лососевых на Амуре. Для всех. Но тогда через десять лет никто не вспомнит, кто такие ульчи или орочи.

Пока нам дают лимиты на отлов рыбы. Меньшие по сравнению с теми, что необходимы. Но некоторые общины и это количество отловить не могут - до отдельных амурских притоков лосось уже не доходит.

Есть проблемы с охотой. По закону «Об охотопользовании на территории Хабаровского» края за национальными охотниками закрепили участки. Для надежности перезакрепили угодья на 25 лет. То есть краевые власти гарантировали возможность вести охотничий промысел коренным народам.

Но сказать, что этим проблема решена, я не могу. Есть районы, где люди хотят и имеют возможность охотиться - имени Лазо, Тугуро-Чумиканский, Аяно-Майский. А в остальных районах по Амуру очень сложно получить хорошие угодья, они все закреплены и перезакреплены. Но зверя все меньше, и на некоторых участках охота себя не оправдывает. Поэтому участки имеют хозяина, но он там уже не бывает. И для молодых людей, которые хотели бы заняться промыслом, места нет. Грустно и то, что молодежь, хотя и не вся, потеряла интерес к охотничьему промыслу. Это ведь тяжелая работа - зиму жить в тайге, ежедневно заряжать и проверять капканы. Молодые люди предпочитают перезимовать в теплых домах, а поскольку работы нет - в безделье.

Вот такая невеселая картина. Но путь в будущее есть.

ПОДНЯТЬСЯ НАЦИОНАЛЬНЫМ СЕЛАМ ПОМОГУТ ОБЩИНЫ

- Каким же вы видите этот путь?

- Я бы назвала этот путь так: инициатива снизу и помощь сверху.

Никакие федеральные программы не решат проблему существования коренных народов в будущем, если коренные народы не осознают, что надо приспосабливаться к новой реальности.

И здесь, я убеждена, главную роль должны сыграть национальные общины. Они были всегда, и совет старейшин решал все вопросы жизни национального села. Но сегодня для этого есть местные муниципальные образования. А функция общин - в другом. Занятие хозяйственной деятельностью. Общины сегодня не объединяют всех жителей села, в них входят те, кто хочет работать, хочет подняться из нищеты сам и помочь селу.

И вот что очень важно - уже существующие крупные общины поняли, что только на рыбе подняться невозможно. Они уже занимаются лесом - заготовкой, переработкой. Две общины получили пилорамы. Это - хорошие перспективы для развития, эти инициативы наше краевое правительство поддерживает, в том числе и определенным финансированием.

Есть еще одна экономическая сфера деятельности для коренных народов. Тайга - это ведь не только рыба и звери. Это еще и сокровищница дикоросов - и черпать из нее можно практически круглый год. Папоротник, ягоды, грибы, кедровые шишки, лекарственные растения. Конечно, жители национальных сел сбором дикоросов занимаются - и для себя, и для сдачи. Но перекупщики скупают “сырье” за копейки, а после переработки в Хабаровске к первичной стоимости килограмма ягод или грибов прибавляются несколько нулей. Нашу дальневосточную продукцию - переработанную и красиво упакованную - охотно покупают на внешнем рынке. В Японии, Корее, США. У нее есть огромное преимущество - экологическая чистота.

Вот и здесь я вижу очень хорошие перспективы - не продавать дикоросы в сыром виде, а создать в национальных селах маленькие цехи по переработке. Конечно, для этого нужно и финансирование для создания базы (вот тут мы вправе рассчитывать на помощь государства), и подготовка специалистов. И организаторы производства - инициативные, коммуникабельные, умеющие заниматься маркетингом. Я верю, что среди нашей молодежи такие люди есть.

А еще - народные ремесла, этнографический туризм.

Кто это может осуществить? Общины.

Вот что я называю инициативой снизу. А под помощью сверху подразумеваю не только финансовую - для создания определенной материальной базы в национальных селах, но, прежде всего, законодательную базу, которая дала бы право коренным народам распоряжаться своей территорией. Ведь это земля, доставшаяся нам от предков для того, чтобы кормила нас. Чтобы мы жили на ней вечно. И мы хотим иметь закрепленные законом права на землю, получать компенсацию за использование ее государством или какими-то частными фирмами для хозяйственной деятельности.

ПРЕМЬЕР КАСЬЯНОВ НЕ ПРОТИВ СТАТЬ ПАРТНЕРОМ

- Галина Михайловна, я вас правильно понял - если Москва примет нормальные законы, это даст коренным малочисленным народам шанс без страха смотреть в будущее и самим (при условии инициативы снизу) это будущее строить? А пока законы - «неправильные»?

- Мне очень важно сказать вот что: есть федеральные законы и есть региональные. Наш Хабаровский край в этом плане во многом опережает Москву. И краевое правительство, и дума хорошо знают и понимают сегодняшние проблемы коренных народов. Для Москвы же мы - “абстракция”. И вот два относительно неплохих краевых закона - “Об общинах КМНС” и “О территориях традиционного природопользования”, которые в крае уже начали работать, отменены. Причина одна - они не соответствуют федеральным. Да потому и не соответствуют, что основаны на практике, на реалиях сегодняшней жизни, на желании конкретно помочь коренным народам. А федеральные законы - декларативные. И кроме правильных слов, ничего в этих законах для коренных народов нет.

Но, будем справедливы, с нами начали вести диалог. Где-то мы “достучались”. Я имею в виду, конечно, не нашу ассоциацию и народы, которые мы представляем, а общероссийскую. Мы представили в правительство и Госдуму пакет предложений, и они рассматриваются. Премьер Михаил Касьянов осенью прошлого года на заседании комитета по делам Крайнего Севера сказал, что необходимо партнерство между органами власти и КМНС. Я думаю, что это начало того движения, которого мы ждали. Именно партнерства мы и хотим. Но с одним условием - помочь нам стать равноправными партнерами.

ВЕЧНАЯ ПРОБЛЕМА: ИДЕЙ ДО ЧЕРТА, А ДЕНЕГ МАЛО

- И в заключение нашего разговора - какова роль Ассоциации в жизни коренных народов Хабаровского края?

- Ассоциация - это общественная организация. Когда к нам приходят и говорят: решите наши проблемы или дайте нам денег, мне приходится объясняться. Мы не финансируемся из бюджета, мы не принимаем законов.

Ассоциация была создана десять лет назад, и ее цель - объединение коренных народов для решения общих проблем. Этому Ассоциация содействует, направляет предложения в органы власти. А решать проблемы могут только власти.

Еще одна наша задача - правовая защита коренных народов.

Далее - информация. Мы выпускаем бюллетень, который рассылаем в районные ассоциации и библиотеки. И жители затерянных в тайге маленьких национальных сел знают, что делает краевая Ассоциация, что делается в России.

Мы организовали пять краевых центров - информационно-правовой, молодежный “Феникс Амура”, культурный, экологический и медицинский. Они объединяют людей, которым не безразлично будущее их самих и их детей. Работа центров - это реальные дела: правовые семинары и внесение предложений в законодательство, помощь молодежи, организация детских эколого-этнографических площадок.

Но самая главная цель Ассоциации - именно объединение коренных народов вокруг общей идеи: возрождение, сохранение и развитие нашего самосознания, наших традиций и культуры, экономической базы нашей жизни. Не потерять ничего старого и приобрести новое.

Это и есть путь в будущее.

И не случайно эмблема Ассоциации - птица Феникс.

СОЦИАЛЬНЫЕ ПОСОБИЯ НЕ ИЗБАВЯТ НАС ОТ НИЩЕТЫ

Из выступления Галины Волковой на расширенном заседании правительства Хабаровского края:

- Можно долго перечислять проблемы, принимать программы, но без активности самих коренных народов мы не сможем реализовать даже часть задуманного. От нас самих зависит, поднимем ли мы наше сознание на должный уровень, сохраним ли наши традиции и духовные ценности. Социальные пособия не избавят нас от нищеты. Ассоциации коренных народов и органы власти на уровне края, района, села могут оказывать только содействие, а работа - за самими коренными народами.

* * *

Авторитет нашей ассоциации достаточно высок - и в России, и в крае. Ее президент Галина Михайловна Волкова - член краевых комиссий по охотопользованию, рыбодобыче и лесопользованию. Ни в одном регионе России руководитель общественной организации не участвует так полноправно в формировании краевой политики. Предложения нашей АКМНС рассматривает правительство России. В прошлом году Волкова достойно представляла интересы коренных народов России на заседаниях Рабочей группы ООН в Женеве. Это внушает надежду.

Но живут-то наши коренные народы здесь, в Хабаровском крае. Москва далеко, Женева - еще дальше. И из нашего с Галиной Михайловной разговора я для себя понял простую вещь: неверно думать, что мы просто живем рядом - “дикие таежные индейцы”, ловящие рыбу и стреляющие зверей, и мы - все из себя рыночные и цивилизованные, упакованные в китайские шмотки и катающиеся на японском металлоломе.

Мы не рядом, мы вместе здесь живем. И должны помогать друг другу - чтобы у всех была достойная жизнь.

Юрий Шмаков

Источник: Молодой Дальневосточник