У папы мамино лицо

Чтобы избавиться от страха, девочка рискует оказаться на улице.

На улице Менделеева в Хабаровске живет семья. Девочка Катя и мама Лилия. Не очень долго живет - лет семь. Женская половина переехала сюда после развода и размена большой четырехкомнатной квартиры. Мама ходит на работу эпизодически - постоянной просто нет, девочка учится в восьмом классе. В принципе, нет в этом чего-то экстраординарного, многие дети растут в неполных семьях. Многие родители не могут обеспечить им достойную жизнь.

Поскольку на алименты от папы прожить сложно - невелики, одну из двух комнат сдали квартиранту, особо не интересуясь ни фамилией, ни родом занятий. Живет он автономно - чистенько, простенько, даже пол в местах общего пользования моет. Иногда «гоняет» маминых гостей. И на поденную работу, где берут без медицинских справок и платят «наличкой», пытается маму устроить. Сам, правда, особо расплатиться за квартиру не спешит. И маму поколачивает, обвиняя в лености и тунеядстве.

Однажды даже Лилия не выдержала и написала заявление в милицию. Правда, квартирант вышел из отделения минут через тридцать. Но Лилия и Катя еще долго прятались у соседей.

Одна из них, Людмила Николаевна, которая не могла смотреть больше на мучения ребенка, пошла в милицию. Где с удивлением узнала: квартирант, уроженец Еревана, не имеющий прописки и гражданства, каким-то образом в сентябре 2001-го получил российский паспорт и числится проживающим в квартире на ул. Менделеева. А поскольку он человек приличный, то и возразить ему нечего.

Катя же, глядя на праведный гнев квартиранта по отношению к маме, испугалась так, что даже нашла отца и попросила выселить из квартиры чужого дядю. Папа, побывавший в Чечне, откликнулся. Но квартирант остался.

Тогда соседка, как член родительского комитета, отправилась в Катину школу к соцпедагогу. Та подключила инспекцию по делам несовершеннолетних. Маму припугнули лишением родительских прав, если она будет и дальше продолжать пить и не работать. С квартирантом, сказали, должна справляться не милиция, а суд.

А потом появились новые проблемы. Прекратилась возможность получать алименты - старый советский паспорт у Лилии просрочен, новый получить не на что…

Но Людмила Николаевна решила не сдаваться. Она буквально взяла Лилию за руку и повела в комитет социальной защиты Индустриального округа. Здесь предложили кодирование от алкоголизма и даже выделили деньги. Написали и письмо в УВД с просьбой помочь в обмене паспорта. Однако в назначенный срок ни на лечение, ни за паспортом Лилия не явилась. Ситуация стала усугубляться и растущим долгом за квартиру и коммунальные услуги.

И вот, чтобы получить хоть какие-то средства, Катина мама решается на обмен. Очень быстро ловкая фирма по продаже недвижимости находит «подходящий» вариант. Каким образом - непонятно. Ведь даже на это жилье, на улице Менделеева, семья не успела оформить все документы. Опять же по причине катастрофической нехватки средств. Тем не менее органы опеки Индустриального округа, без которых не обходится ни одно передвижение детей из одного жилья в другое, дают свое согласие. Согласна и Катя - для нее это единственное избавление от квартиранта, который вызывает одну эмоцию - страх.

Ни отец, ни бабушки девочки не беспокоятся о дальнейшем. Бьет тревогу только Людмила Николаевна, сама мать четверых детей, прекрасно понимающая, к каким последствиям может привести обмен.

- Выкинуть ребенка в какую-то лачугу-халупу или какой другой бомжатник просто. И станет одной беспризорницей больше. А дальше дорожка покатится - не дай бог. Юная проститутка, попрошайка, воровка и новый бомжик, ее ребенок, - безрадостно прогнозирует Людмила Николаевна.

Ей есть с чем сравнивать.

Подобным образом, несмотря на предупреждения органов опеки соседями продала квартиру, в которой жили и двое детей некто Гаджимова. А сама вскоре была убита где-то на Красной Речке.

Как-то в трамвае Людмила Николаевна встретилась с интересной парочкой, представившейся как Толяша и Саша. Папа, сказали, работает на рынке грузчиком, а мама их бросила. Людмиле Николаевне так парочка понравилась, что она их сфотографировала. А когда пришла фотографии отдавать… оказалось, что папа Толяши на самом деле - мама Наташа. И мальчик, которому сейчас чуть больше года, - Коля. Скрываются же они потому, что маму, детдомовку, скитающуюся по углам, пообещали лишить материнских прав.

- Сколько таких бездомных с рождения бродят по вокзалам, рынкам и площадям? Неужели Кате уготована та же судьба? - задается вопросом Людмила Николаевна. - Неужели она - лишний ребенок, как сотни других детей бывших супругов, ставших бывшими родителями. Но не хочется терять надежду, что проблему можно решить, если люди, обладающие властью, обратят на нее внимание.

Ирина Северцева

Источник: Молодой Дальневосточник