Солнечный удав

Мафия в очередной раз показала, что она бессмертна и неподсудна

ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА

30 марта 2000 года лидеры криминальной группировки райцентра Солнечный Орлов и Румянцев зверски избили двух людей. Один из них скончался на месте. Второй остался инвалидом. Оба “авторитета” не понесли никакого наказания и сейчас продолжают заниматься своими делами на свободе. Потому что уголовное дело против них практически развалила местная прокуратура. Родственники пострадавших обратились в нашу газету как в последнюю инстанцию. У них одна последняя надежда - что после статьи этим делом заинтересуется окружная прокуратура, которая, видимо, остается некоррумпированной правоохранительной структурой в нашем регионе. Эту же цель преследуем и мы. Поэтому просим считать данную публикацию официальным обращением.

“Молодой дальневосточник” однажды уже помог не похоронить это дело - летом 2000 года. Тогда расследование буквально вырвали из рук прокуратуры поселка Солнечный и передали в прокуратуру Комсомольска. Казалось бы, вот оно - независимый следователь доведет убийц до суда, ведь есть куча свидетелей, масса доказательств, оба подозреваемых арестованы… Но все оказалось не так просто. Тетя с завязанными глазами и безменом в руке обвесила в очередной раз.

КОРОТКО О ГЛАВНОМ

Вкратце об обстоятельствах дела. Около двух часов ночи 30 марта возле здания гостиницы “Заря” в поселке Солнечном вспыхнула драка. Точнее, избиение - несколько человек наблюдали, как группа людей месила ногами, руками и металлическими штырями двух лежащих на земле мужчин. Это были Шангалиев и Абулов - работники фирмы “Крисла”. Избивавшие - члены местной спортивно-криминальной группировки. К моменту, когда администратор гостиницы вызвала милицию, Шангалиев был уже мертв. Список нанесенных ему ран занимает целую страницу. Он умер от разрывов внутренних органов, эксперты отмечали, что количество крови, выплеснувшейся только внутрь его брюшной полости, составило не менее трех литров.

Добить Абулова бандитам помешал крик администратора: “Я вызвала милицию!”. Они спешно ретировались, не забыв прихватить бумажник Шангалиева - в нем лежала крупная сумма денег. Правда, впопыхах один из бандитов обронил на месте преступления свою барсетку с документами.

Под утро они вернулись к гостинице и обыскали место драки. Барсетку не нашли - она уже была в милиции. Из окна одного из номеров за их поисками наблюдала некая дама. Они ее заметили и пригрозили кулаком. Важность этого факта станет ясна потом.

Утром милиция нагрянула на квартиру Орлова. Тот не пожелал открыть - пришлось выбивать дверь. Пытавшегося скрыться через балкон, но застрявшего в решетке Орлова арестовали. Он успел сбросить вниз похищенный бумажник Шангалиева. Впрочем, милиция нашла его в считанные минуты.

Румянцев попытался было удариться в бега, но, узнав, что задержаны соучастники, вынужден был сдаться органам милиции, предварительно инспирировав себе побои. Еще одного участника драки - Терранена - задержали в тот же день. Прокуратура поселка Солнечный возбудила дело по факту убийства Шангалиева и нанесения тяжких телесных повреждений Абулову.

СЛЕДСТВИЕ ВЕДУТ СЛЕДАКИ

В ходе первоначальных следственных действий вина как минимум трех участников избиения - Орлова, Румянцева и Терранена - была доказана и закреплена как свидетельскими показаниями, так и другими материалами дела. Напримерь, свидетель Пауде рассказал, как все было, от и до, даже нарисовал план-схему происшествия. На одежде Орлова нашлись следы крови Шангалиева. Убийство наблюдали несколько человек - кто-то из окон квартир, кто-то - проходя мимо. Слышали, как раненый Абулов кричал Орлову: “Андрюха, не надо!” Видели, как он полз, пытаясь заслонить своим телом смертельно раненного Шангалиева, как убийцы прыгали на головах своих жертв. Все это было зафиксировано в протоколах.

А потом начались какие-то совсем сложные подковерные расклады. Ни с того ни с сего вдруг был освобожден Терранен - сперва его перевели в разряд свидетелей и выпустили его на волю. Необъективность и предвзятость хода расследования возмутили и родственников пострадавших, и руководителя фирмы, где работали Шангалиев и Абулов. Они написали несколько жалоб в прокуратуру Хабаровского края с просьбой обратить внимание на расследование этого дела. Это не дало никаких результатов, и только после вмешательства “МД” уголовное дело было истребовано из производства прокуратуры Солнечного района и передано в Комсомольск. Краевая прокуратура заверила - поручим дело компетентному и надежному следователю, такой есть. Это следователь Уваров.

СДЕЛАЙ ФИНТ

Сначала Уваров взялся за расследование довольно рьяно. Он вынес постановление о продлении срока расследования до шести месяцев и при этом указал, что вина Терранена (его вновь арествали), Румянцева и Орлова подтверждается показаниями свидетелей. Краевая утвердила полугодовой срок в надежде, что Уваров не только закрепит уже имеющиеся доказательства, но и добудет новые. Чтобы сыграть наверняка.

Однако через некоторое время Уваров как-то подозрительно резко изменил тактику. Сначала он зачем-то передопросил большинство важных свидетелей. После этого все они немотивированно отказались от прежних показаний. В новых показаниях Абулов и Шангалиев теперь выступали агрессивными злобными типами, которые сами и учинили драку.

“Выяснилось”, что Терранен не при делах - его выпустили и сняли с него все обвинения. Потом следователь исключил из дела корыстный мотив - похищенная у Шангалиева крупная сумма денег оказалась как-то вне поля зрения. Потом следователь “забыл” дать юридическую оценку судмедэкспертизе, согласно которой преступники избивали не только ногами и руками, но и тремя видами орудий - арматуриной, обрезком трубы и бейсбольной битой. Все это позволило Уварову квалифицировать преступление не как умышленное убийство группой лиц, а как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть. Это уже другой коленкор.

И как венец творчества следователя Уварова - чрезвычайно хитрый и грамотный финт с состоянием аффекта у его подследственных. Об этом подробнее.

СКРЫТЫЕ АФФЕКТЫ

Опытный следователь может (если захочет) настоговать хоть три десятка способов грамотно, на вполне законных основаниях подвести дело к развалу на стадии судебного разбирательства. На то он и опытный. Нам достоверно неизвестно, явилось ли то, что случилось с делом Орлова и Румянцева, результатом халатности или умысла следователя Уварова. Но случайностью здесь и не пахнет. Уваров отправил дело в суд с одним маленьким, но весьма значительным “косячком” - обвиняемые были не в полном объеме ознакомлены с материалами расследования и несвоевременно - с постановлениями о назначении экспертиз.

Она, эта экспертиза, установила, что оба обвиняемых вменяемы и во время совершения преступления в состоянии аффекта не находились.

На суде Румянцев и Орлов заявили, что они были лишены возможности ставить дополнительные вопросы эскпертам, и, следовательно, существенно нарушено их право на защиту. И лишил их этой возможности Уваров, слишком поздно ознакомивший их с заключением. Суд вынужден был отправить дело на доследование.

Дальнейшее было делом техники. Уваров быстренько назначает повторное проведение экспертизы. Только не психиатрическо-психологической, которая проводится коллективом врачей в специальном учреждении, а просто психологической. Место проведения - психологический факультет Комсомольского педуниверситета. Скажем сразу, такая экспертиза - штука платная, и проводится она одним человеком. Кто заплатил за Румянцева и Орлова, неизвестно. Зато известно, что психолог Людмила Яссман четко ответила на один-единственный поставленный Уваровым вопрос - был ли аффект? Да, пишет Яссман, аффект был.

Это заключение - чистейшей воды нарушение закона. Комментарий к УК под редакцией Скуратова прямо пишет: “для решения вопроса о том, совершено ли деяние в состоянии физиологического или патологического аффекта, необходимо назначить КОМПЛЕКСНУЮ ПСИХИАТРИЧЕСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКУЮ ЭКСПЕРТИЗУ”. Яссман, предупрежденная, кстати, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не потрудилась даже пояснить, почему это она вот так махом опровергла заключение целой группы своих коллег. Все поведение Орлова и Румянцева говорит о том, что никакого аффекта не было - они убежали, когда услышали про милицию, они возвращались на место преступления, искали потерянную барсетку, заметили свидетельницу и грозили ей кулаками. Где тут аффект? К тому же новые экспертные заключения на Орлова и на Румянцева написаны как под копирку.

Как бы там ни было, яссмановское мнение развязало Уварову руки. Сперва он переквалифицировал действия бандитов со статьи 111 - причинение тяжкого вреда, повлекшее смерть (срок от 5 до 15 лет) на статью 107 - убийство в состоянии аффекта (от оправдания до 3 лет). Чувствуете разницу?

Точно так же получилось с другими статьями - вместо 213-й (от 4 до 7 годков) стала 113-я (от 0 до 2).

Аффект, ребята, - это спасательный круг. Это почти панацея от всех уголовных болезней. Аффект - и Уваров выпускает из-под стражи Румянцева и Орлова. Аффект - и он даже не берет с них никакой подписки о невыезде. Ибо “… они не ведали, что творили”. С того дня оба формально несостоявшихся убийцы невозбранно разгуливают по поселку и цинично осведомляются о здоровье у убитых горем жен пострадавших.

ТЕНЬ НЕЗАВИСИМОСТИ

Вторично дело рассматривалось опять же в суде Солнечного и тем же самым составом с председателем суда Марченко. Если бы не адвокаты пострадавших, аффект сделал бы свое дело. Но не выгорело. В этот раз защитники стояли насмерть. Марченко ничего не оставалось делать, как вновь послать дело на доследование и назначить третью по счету экспертизу - окончательную. Проделать это без нарушений не получилось. Прикол в том, что проведение НАСТОЯЩЕЙ комплексной экспертизы предполагает помещение подследственного под стражу. Да это и в любом случае нужно было сделать - раз у суда есть сомнения в аффекте, а он в свою очередь явился основанием для освобождения Румянцева и Орлова. Так вот, суд этот очевидный довод защиты не принял и попросту проигнорировал.

Самое странное, что решение судьи Марченко поддержал и суд краевой.

С Марченко, впрочем, все понятно. Невооруженным глазом было видно, что процесс ему в тягость, что он всеми силами стремится остаться в стороне и был бы рад вообще не выносить никаких решений. ПОтерпевшие и их защитники считают, что судья не вполне независим. Очень может быть. Там, где нет независимой прокуратуры, вряд ли может быть независимый суд. И это грустно.

И вообще, если краевая прокуратура пошла на такой шаг - вывела дело из-под юрисдикции прокуратуры Солнечного и передала его в Комсомольск, то почему бы и судебное разбирательство не перенести туда же? Какие-то таинственные процессы идут в правоохранительных органах; даже если допустить, что и к Уварову местная мафия подобрала ключик - без разницы какой, - то куда в самом деле смотрит надзорный орган - краевой прокурор? “Нам нужна помощь в восстановлении справедливости и законности, - пишут в своем обращении Наталья Шангалиева и Татьяна Абулова, - мы уже не знаем, где их в настоящее время искать”.

ПЕТЛЯ ПРАВОСУДИЯ

И чем же все закончилось? А ничем. Естественно, третья экспертиза установила, что никакого аффекта не было. Естественно, в очередной раз дело отправили на дополнительное расследование по статье 105 - убийство . Только Румянцев и Орлов все равно остались на свободе. С них взяли подписку о невыезде и параллельно дали письменные разрешения - по роду своей работы они теперь могут двигаться куда угодно. Хоть за границу.

Судебное заседание уже срывалось трижды - из-за неявок подсудимых. Да и свидетелей-то почти уже не осталось. Один исчез, пропал бесследно, другой уехал куда-то на Кавказ и там его след потерялся, третья рванула надолго в Корею.

Румянцев и Орлов постоянно тусуются в Комсомольске. Там они иногда встречают Абулову, которая перебралась туда со своим искалеченным мужем. Ухмыляются из своих навороченных тачек.

Наталья Шангалиева осталась с двумя своими детьми в Солнечном и пытается на нищенское пособие прокормить семью. Благородно повел себя лишь руководитель фирмы, где работали Абулов и Шангалиев, - он оплатил лечение одного и похороны другого. Он вместе с защитниками пострадавших писал письма в разные инстанции, но это оказалось бесполезным.

Обе женщины уже не верят, что когда-нибудь виновников несчастий их семей осудят. У обвиняемых теперь остался единственный способ. Он же самый действенный - затягивать процесс и срывать заседания. При нашей судебной системе это можно делать бесконечно долго. Хоть всю оставшуюся жизнь.

P. S. Прокуратура и суд сейчас больше всего озабочены соблюдением прав подсудимых - как бы не нарушить. Но есть ли права у потерпевших? И кто отвечает за их соблюдение?

Макс Молотов

Источник: Молодой Дальневосточник