|
|
Посмотри в глаза чудовищ- Маму я твою мотал, - тускло заговорил Дато, - папу я твоего мотал… На свете очень много неприятных людей. Не бог весть какое откровение, конечно, - просто констатация факта. Злых, жадных, глупых, суетливых, завистливых, занудливых, вечно чем-то недовольных, качающих права на пустом месте и тэ дэ и тэ пэ. И с ними ведь нужно жить. Как-то ладить, как-то общаться… Недавно, например, звонит в редацию дама и с ходу начинает меня отчитывать, будто она - леди-босс, а я у нее - уборщица, которая пыль с подоконника не вытерла. У вас что, говорит, праздник в конторе? Нет, отвечаю, а в чем проблема? - «Почему все телефоны молчат?» - «Как же все, если я с вами разговариваю?» (по-моему, я вполне логично ответила). Дама повышает голос - не любит, видимо, когда ей возражают. “В 11 часов все сотрудники должны быть на месте! Есть общегосударственный режим работы и трудовая дисциплина.” Тут я вспомнила свою начальницу из Соловецкого музея, которая в первый же рабочий день устроила нам с подругой головомойку за пятиминутное опоздание. Она была необъятных размеров бабищей с маленькими злыми глазками. И вот она вызвала нас к себе в кабинет, набычилась, посверлила некоторое время своими стальными буравчиками, а потом как хлопнет увесистым кулаком по столу: “В восемь часов утра вы должны сидеть раздетые за столом!” Мы с подружкой в жизни ничего подобного не слышали, поэтому обомлели и выпали в осадок. А я сразу поняла, что долго в этом музее не задержусь. Просто из чувства самосохранения. С такими людьми работать под одной крышей вредно для здоровья. Одним словом, вспомнив свою могучую начальницу, я тихо закипела и начала объяснять, что в редакции доменных печей нет и включенных атомных реакторов тоже, поэтому непрерывное присутствие сотрудников на рабочих местах не требуется, и вообще - журналистов ноги кормят, а не сидение у телефонов. А в чем, в принципе дело? Из-за чего наезд? Оказывается, ей для какой-то цели понадобился номер “Молодого дальневосточника” за 1998 год. “Пойдите в библиотеку, - из последних сил стараясь быть вежливой, - посоветовала я. - Там вам сделают ксерокопию”. И в ответ много чего интересного услышала о себе и своей конторе, с которой надо бы разобраться компетентным органам, коль мы не можем выдать читателю газету за 1998 год. Да еще и телефоны молчат. Можно было бы и не говорить об этом ничтожном, в общем, инциденте, если бы я не загрузилась на два дня - нервная сразу такая стала, раздражительная (все никак не могла успокоиться и оппонировала даме. Представляла - а вдруг эта мегера оказалась бы не случайной собеседницей, а, допустим, свекровью? Это ж сразу лучше удавиться. Или, чтоб не доводить дело до крайностей, разойтись на второй день после свадьбы. А, упаси Господь, родной матерью?.. Тогда вообще вся жизнь, считай, насмарку). В итоге грохнулась на ровном месте и покалечила руку. Оно мне надо было? Да, весеннее обострение - страшная вещь, господа. И закон косы, налетевшей на камень, мало кого минует, даже таких от природы спокойных людей, как я. В выходные лежала на диване с загипсованной ручонкой и думала - с какой радости я так завелась? Желала той неведомой даме безусловного обретения искомой газеты за 1998 год (а что она должна с ней дальше сделать - молчать, господа гусары!). Вспоминала самую забавную книжку, которую прочитала за последний месяц. Называется “Посмотри в глаза чудовищ”, авторы Успенский и Лазарчук. С чудовищами именно так и нужно обращаться, как главный герой Николай Степанович. Смотреть им в глаза, слушать и не воспринимать всерьез. Если бы я ее поощрила, когда она разорялась: “Ну-ну, продолжайте…”, то с загипсованной рукой сейчас наверняка ходила бы она. Но, к сожалению, камнем в данной ситуации оказалсь не я. Александра Николашина Источник: Молодой Дальневосточник Другие новости |